Книга Ледыш и Недотрога, страница 53 – Ольга Коротаева

Усмехнувшись, я махнул на прощание и покинул зал, но перед гримёркой на пути вырос верный пёс Аида.

— Егор Никитич ждёт, — сообщил мне мужчина и, схватив за шиворот, поволок к кабинету Черных.

Я молча стерпел способ, каким меня «проводили», лишь поправил одежду, когда помощник Аида отпустил мой ворот.

— Какая сегодня программа? — бесцветным голосом спросил у сидящего за столом мужчины. — Желаете использовать меня в качестве груши? Или заставите бежать, пустив по следу своих подручных на мотоциклах? Может, на бис исполнить «Мурку», стоя на голове?

— Иди домой, — неожиданно ответил Черных.

— Что-что? — я не поверил ушам.

— Завтра конкурс? — выгнул он бровь и поставил локти на стол. Переплёл пальцы рук и сузил глаза. — Хочу, чтобы ты как следует отдохнул, а завтра показал всё, на что способен.

— Но почему? — вырвалось у меня.

Аид дёрнул уголком рта и горько ответил:

— Не могу допустить, чтобы хрен, который пел в дуэте с моим сыном, позорно проиграл.

Уходя, я поминутно оглядывался.

Мне никогда не понять этого человека!

Я проснулась резко, будто от толчка. Распахнула глаза и, глядя в потолок, прислушивалась к сильному и быстрому биению сердца. Казалось, оно стучало в ушах. Повернув голову, посмотрела на часы. Уже восемь, тогда почему так темно? Села в кровати и повернулась к окну. За стеклом летали снежинки. Касаясь стекла, они превращались в слёзы неба и стекали, оставляя грязные разводы.

— Надо же, — прошлёпав к окну, я посмотрела на хмурое небо. — Первый снег в этом году так рано…

Со стороны кухни раздался звон посуды, я ощутила аромат кофе и, вздохнув, начала одеваться. В рюкзак вместо привычных учебников и ноута засунула нотную тетрадь, а затем тихонько вышла из своей комнаты. Я планировала проскользнуть к выходу, как делала каждый день после открывшейся мне правды, но вдруг услышала голос отца.

— Виолетта до сих пор с тобой не разговаривает?

— Да, она приходит поздно, сразу прячется у себя, а уходит, когда ещё сплю. — Мама общалась по громкой связи. — На вопросы не реагирует, объяснять ничего не желает. Не знаю, что и делать!

— Оставь её, — посоветовал отец. — Возраст такой. Само пройдёт.

— Само не пройдёт!

Я не собиралась вмешиваться, но меня будто подкинуло от его пренебрежительного тона. Распахнув дверь, вошла на кухню, бросила рюкзак на пол и плюхнулась на стул. В это время засвистел, вскипев, старый чайник, и мама поднялась, чтобы отключить газ, а я склонила голову набок и сузила глаза, рассматривая лицо отца.

— Я буду что-то рассказывать о себе только в обмен на твои объяснения. И первое, о чём хочу спросить… — Набрала воздух в лёгкие и выпалила: — Ты действительно послал убийцу к внуку свидетеля?

Папа нахмурился, а мама ахнула и выронила чашку. Та упала на пол, разлетевшись на осколки. Я вздрогнула, но всё же не отрывала взгляда от экрана планшета.

— Не будешь отвечать? — уточнила горько и, подхватив лямку рюкзака, поднялась. — И не надо. Я уже всё знаю. Мам, не жди меня. Буду поздно.

И, не оглядываясь, выскочила в коридор.

— Виолетта! — рявкнул отец, но я не собиралась останавливаться.

Напротив, перешла на бег, едва не сбив с ног соседку. Руся отпрянула и, поспешно прикрыв дверь, пробормотала:

— Недоброго утра.

Я коротко кивнула, заметив, что в коридоре Вороны полный разгром, будто кто-то крушил мебель. Знала, кто, поэтому промолчала, спускаясь по ступенькам. Уверена, что девушка тоже слышала крик моего отца, но не стала ни о чём спрашивать.