Онлайн книга «Мой чужой папа»
|
М-да, судя по загоревшимся взглядам, через несколько минут после окончания совещания офис будет напоминать растревоженный улей, и мне даже трудно представить, что нафантазируют подчиненные. Впрочем, мне нет дела до сплетен. Уже зашуршали первые шепотки. — Если бы я видел подобное рвение к работе, — мой ледяной голос прокатился по кабинету, — то японцы сами бегали бы за нами с предложением о сотрудничестве! Кто хочет обсудить мою личную жизнь — прошу выйти. — Казалось, все затаили дыхание, и я опустил взгляд на распечатанный секретарем лист. Проверил список. — Следующий выступает… — Леонид Горыныч! — влетела в кабинет красная как помидор Дина. Осеклась и, зардевшись еще сильнее, теперь напоминая пожарный гидрант, пролепетала: — Григорь-ик-евич… Там, это… — А мне по херу, что у него совещание! — услышал я разъяренный голос жены и, сжав челюсти до скрипа зубов, прикрыл веки. Все же скандала не избежать. Как и сплетен. — Немедленно пропустите меня! В следующее мгновение в кабинет ворвалась она сама, и даже двое охранников не удержали хрупкую фурию. — Лео, кто эта шалава? — не обращая внимания на заинтересовавшихся происходящим зрителей, кричала Валя. — Как ты посмел дать ей ребенка?! Трахнул бы разок… — Она застыла на месте, будто только что осознав, где и что говорит, и, всхлипнув, вдруг упала на колени. Прорыдала: — Но ребенок! Как ты мог?! Я откинулся на спинку кресла и сурово посмотрел на подчиненных, которые, затаив дыхание, наблюдали за концертом. — Совещание окончено. — Голос звенел металлом. — Прошу всех разойтись по рабочим местам. Нехотя они поднимались с мест и, бросая жадные взгляды на меня и всхлипывающую Валю, неторопливо покидали кабинет, даже тогда заглядывая из коридора. Кажется, распределение премий все же следует пересмотреть. Я кивнул охранникам, и парни мгновенно сообразили, что от них требуется. Один вытолкал заламывающую в отчаянии от своего прокола Дину, второй тщательно прикрыл дверь. Я перевел взгляд на Валю. — Зрители ушли, концерт окончен. Поднимайся и сядь на стул. Она оторвала ладони от лица и зло посмотрела на меня. Глаза Вали были сухими, но губы кривились от ярости. — Ты тварь, Лео! Подлая гнида! — Следи за словами, — устало попросил я. — Пожалеешь, когда успокоишься. Я не делал ничего предосудительного… — Ты лишь завел любовницу! — взвизгнула она. — Притащил сучку в наш дом и дерешь ее, а не меня! Конечно, ничего плохого ты не делал, кобелина! — Я не прикасался к этой женщине, — немного повысил я голос. — А залетела она от духа святого?! — истерически расхохоталась Валя. Осеклась и прорычала: — Не делай из меня дуру, Лео! Я видела этого ребенка. Голубые глаза, светлые волосы, даже ебаная ямочка на подбородке… Ублюдок! — Валя! — вскочил я так резко, что кресло отлетело к стене, раздался треск. — Ага! — торжествующе встрепенулась Валя. — Задела, да? Твоего ребеночка обидела? — Ты говоришь глупости, — направился я к ней. Хотел объяснить, рассказать о контракте с японцами и о том, что доверять в переводе договора могу лишь Асе, как зазвонил телефон жены. Не ожидал, но она достала его из брендовой сумочки и, все так же стоя на коленях, манерно ответила: — Да? — Послушала пару секунд, в течение которых я недоуменно рассматривал лицо жены, да рявкнула в трубку: — Да мне по хрену, что ты думаешь, я хочу именно муранское стекло. Нет, керамика не катит… Мне сейчас совершенно некогда спорить об этом, Боря! |