Книга Невинность с секретом, страница 91 – Ольга Коротаева

— Умершая в своём мире и возрождённая силой Имори в теле леди Лексии, — звонко продолжаю я.

Замечаю, как воздух вокруг меня начинает мерцать, и тайна реакции Икела становится открытой — иен первым заметил исходящую от меня силу. Магию, которая будет стоить мне возможного счастья. Впрочем, Тагел так и не подтвердил, что слова «кузена» о чувствах — правда. Вероятно, иен Огаут остался тем же приверженцем правил и пророчеств. И поэтому…

— Присланная, чтобы напомнить детям об истинной вере! Она — ваш свет, без которого вы будете слепы и беспомощны. Не позволяйте магии покинуть этот мир. Вместе с ней из него уйдёт и жизнь.

Воздух вокруг меня заворачивается вихрями алого света, и от одного взгляда каждый падает на колени, будь то дракон, торн или человек.

И Икел иен Вудраф.

И Тагел иен Огаут.

На лицах драконов благоговение.

— Прости, — беззвучно молю я и чувствую, как по щеке моей ползёт слеза.

Могла бы я стать счастливой, скажи я вместо всего этого лишь «истинная»? Отобрала бы Имори мою жизнь, сделай я этот выбор? Я этого никогда не узнаю. Поэтому, собравшись с духом, поднимаю объятый светом Имори тяжеленный меч и с силой втыкаю его в камни мостовой. Во все стороны ручейками разбегаются струйки магического пламени.

Полыхает так, что на миг я слепну, а затем мир тонет в кромешной темноте. Я. умерла? Распахнув глаза, я щурюсь от яркого света, в ореоле которого вижу приближающийся силуэт. Превозмогая слабость, шепчу:

— Имори?

Тронный зал заливает яркий солнечный свет. Он пробегает золотистыми искрами по блестящим канделябрам, сверкает в дорогих украшениях собравшихся лордов и леди. Напоминает мне о непостижимом взгляде высшего существа этого мира — дракона! Я подавляю рвущую грудь боль и с усилием улыбаюсь очередной паре, которую представляет мне вдова Габель.

Женщина — единственная (кроме пропавшей бедняжки Лицины), кто знает мою тайну. Когда я появилась в её покоях, думая, что снова попала к Имори, первая бросилась утешать меня. А ведь я рассказала, что произошло с её мужем. Поведала всё, не в силах справляться с болью в одиночестве. Страдание ещё сильнее сплотило нас, и моя подруга теперь первая советница королевы Тамсина.

— Вы в порядке? — приближаясь, тихо спрашивает леди Итлеси. — Может, сослаться на тяготы подготовки к балу в честь Имори и, переодевшись, инкогнито навестить Мисанту?

— Сколько ещё просителей? — скинув туфли и радуясь, что этого не видно под длинной юбкой, уточняю я.

Пятая точка на жёстком троне уже давно кажется деревянной, а спину ломит от усталости, но обязанности королевы я стараюсь выполнять безукоризненно. В конце концов, это единственный доставшийся мне утешительный приз. Есть ещё один, но о нём лучше не распространяться.

— Ещё леди и лорд Илнан, затем лорд Хозом…

— Опять? — едва сдерживаю стон. — Он на приём к королеве как на работу ходит!

— Вот и я об этом подумала, — немного привыкшая к некоторым моим словечкам, хмыкает Габель. — Надо его наградить почётной должностью. Похлопотнее.

— Вы умница, — прячу улыбку и величественно киваю новым просителям. — Эту энергию нужно направить в правильное русло.

— Ваше Величество! — прерывает нас церемониймейстер. Он кланяется, всем видом извиняясь за вторжение, и докладывает: — Прибыл король Фарамана с наследником.