Онлайн книга «Доярка для босса с ребёнком»
|
Падаю на живот, а Таир одним движением задирает юбку. — Простите за бесцеремонность, Добродея, — говорит при этом, — но гвоздь старый и ржавый. Я боюсь, что, если вовремя не обработать рану, вы получите заражение крови... О, боже! — Что? — дёргаюсь, пытаясь приподняться. Но мужчина прижимает горячую ладонь к моей пояснице и властно надавливает: — Лежите. Ничего особенного. — Ничего особенного?! — не верю я. — Вы сказали «О, боже». Раз начали, то заканчивайте! — Хорошо, — слышу, как он коротко усмехается, и меня бросает в жар. Что же он ответит? «О, боже, какие огромные трусы? О, боже, какой жуткий целлюлит?» Но мужчина приводит меня в шок другими словами... Глава 14 После его ответа, мне впервые в жизни хочется кого-то ударить. Нет, конечно, я никогда бы не стала этого делать. Таир владелец дома, а нас с коровой, козами и Павлов Пузиковичем идти некуда. Но желание такое сильное, что даже мой привычный страх перед мужчинами отступает. Впрочем, если оглянуться назад, то становится понятно, что Таир меня вообще не пугает. Во всяком случае, когда он вошёл в дом, я не кричала и не выпрыгивала в окна. Может, дело в том, что он — отец и рядом его дочь. А может в том, что как раз Ева вызывает у меня дикие опасения… И такое же сильное сочувствие. Чем-то мы похожи. — Что, простите? — переспрашиваю Таира, надеясь, что его слова мне послышались. Оборачиваюсь, внимательно всматриваюсь в лицо мужчины. Он издевается? — О, боже… Как там дальше? — Простите, — неожиданно тушуется тот и, опустив глаза, открывает пузырёк с перекисью водорода. — Не хотел вас обидеть. — Да какие уж тут обиды? — саркастично хмыкаю я и властно (неожиданно для себя самой) требую: — Повторите! Таир тяжело вздыхает и, наклоняя пузырёк над кусочком марли, неохотно бормочет: — О, боже, я забыл на столе окорок… — Вот! — едва не подскакиваю я и, нервно хохотнув, уточняю: — Чего мне обижаться? Вот скажи те! При взгляде на мой филей вы вспомнили об оставленной на кухне свинине! — А лучше было бы, если вспомнил о включённом утюге? — возмущается Таир и предупреждает: — Будет немного больно. Замираю, затаив дыхание в ожидании острой боли, но ничего не происходит. Не выдержав, уточняю: — Вы передумали оказывать мне первую медицинскую помощь? — Вообще-то, — с нажимом отвечает он, — рану я уже обработал. Вот пластырь! И легонько шлёпает меня по попе. — Что вы себе позволяете? Подскочив, возмущённо смотрю на мужчину и одёргиваю окровавленное платье. — Меньше, чем хотелось бы, — неожиданно отвечает Таир. Взгляд его ныряет в моё декольте, и я ощущаю, что начинаю краснеть. «Вот только не надо растекаться перед ним малиновым сиропом! — увещеваю себя. — Он не комплименты говорит, а хочет отвлечь от своей унизительной ассоциации с окороком!» — Проголодались? — ехидно спрашиваю я и демонстративно поправляю платье на декольте. — Окорока у меня нет, но молока налью. Будете пить его вприглядку! В смысле, глядя на мой филей, представляйте, что едите свинину! Таир улыбается и качает головой, а я ещё сильнее распаляюсь: — Вам смешно? Да, я толстая, но это не значит, что буду терпеть ваши издёвки… Осекаюсь и шире распахиваю глаза. «Дея, это что-то новенькое, — мелькает мысль. — Ты и не станешь терпеть издёвок? Да ты только и делала, что их терпела, пока не…» |