Книга Парень подруги гинеколог. Кричи громче!, страница 8 – Полина Нуар

Застрял неглубоко.

Но вместо того чтобы сразу извлечь, я обвожу его пальцем и изучаю.

Прикасаюсь к шоколаду, который тает от температуры моего пальца, смешиваясь с ее соками.

И в следующую секунду творю разъебывающую дичь: резко вытаскиваю палец из ее лона.

На подушечке коричневато-розовая влага. Шоколад и Вика.

И смачно облизываю, раскатывая на языке сладко-горьковатый вкус.

А терпкий, женский, возбуждающий до скрежета зубов вкус напрямую только через…

Блядь!

— Ты это… — Вика смотрит на меня расширенными глазами. — Ты только что…

— Уточнил состав, — моя улыбка становится совсем нездоровой. — Молочный. С лесным орехом. И с тобой.

Снова ввожу уже два пальца, заставляя девчонку тихо и сдавленно вскрикнуть.

Ее стенки раздвигаются, принимая меня.

И сокращаются вокруг моих пальцев.

— Викуся, — мой голос становится низким, почти звериным. — Ты трахала себя этим дилдо так же глубоко, как сейчас мои пальцы? Глубже?

— Глубже, — выдыхает она, и я вижу, как слезы стыда выступают на ее ресницах. — Я хотела почувствовать… наполнение.

— И ты его получила, — мои пальцы двигаются внутри нее. Медленно. Глубоко.

Чувствую, как она тает вокруг меня.

Как становится более податливой и влажной.

— А теперь ты чувствуешь мои пальцы. Чувствуешь?

— Да, — шепот.

— И как?

Вика ничего не отвечает.

Ее тело отвечает за нее: бедрами двигает в такт моим пальцам.

Легкое, почти незаметное покачивание.

Она трахает мою руку!

Это ломает последний предохранитель в моей голове!

Склоняюсь, и мое лицо оказывается в сантиметре от ее киски.

Ощущаю жар, исходящий от нее.

Чувствую запах шоколада и женщины.

Член давит на ширинку с такой силой, что кажется, сейчас порвет ткань.

— Сейчас я вытащу то, что там застряло, — огненным дыханием обдаю ее промежность. — Но сначала…

Влажно и горячо провожу языком по ее внутренней стороне бедра.

Вика вздрагивает всем телом, и ее крик — это не возмущение. А чистейший стон наслаждения.

— Ваня, что ты… Мы не можем…

— Можем, — поднимая голову и с желанием смотрю на нее в упор. — Мы уже зашли слишком далеко, Вика. И ты это знаешь. Так что давай не будем притворяться.

Снова ныряю к ней между ног.

И языком обвожу клитор.

Языком касаюсь ее клитора.

И это как удар током.

Не только для Вики. В первую очередь для меня.

Потому что в ту секунду, когда я чувствую ее чистый и настоящий вкус, не разбавленный шоколадом, у меня сносит все барьеры.

Мои отношения и врачебная этика — все это превращается в белый шум на периферии сознания.

Она соленая. Сладкая. Живая.

— А-ах! — Вика выгибается на кресле.

Ее бедра смыкаются вокруг моей головы, чтобы удержать.

Пальцами впивается в мои волосы, и это не попытка остановить меня.

Это приказ не останавливаться!

А я, сука, и не смогу уже!

Смакующе медленно провожу языком от входа до клитора.

Собираю влагу, которая там скопилась. Слишком много для простого осмотра. Слишком много и до одури правильно для женщины.

— Ваня… — мое имя на ее устах — это мольба.

Стон, который она пытается сдержать, но не может.

Возвожу взгляд на девушку и вижу ее раскрасневшееся личико.

Прикушенную нижнюю губу и закрытые глаза.

Вика не смотрит на меня. Боится.

Боится увидеть в моих глазах то, что разрушит остатки приличий.

Но они уже разрушены!

Мягко и аккуратно обхватываю ее клитор губами.