Книга Замуж за негодяя, страница 110 – Валерия Аристова

Артур некоторое время смотрел на Сару, чувствуя, как по спине стекает струйка холодного пота. Он ничего не сказал, ничего не сделал. Просто смотрел на Сару, словно спящую в груде тряпья и осколков, потом медленно вернулся назад и приказал девочке спускаться в карету.

— Мамы тут нет, — сказал он, — я поговорю с твоим отцом и мы поедем к тете Элис.

Барбара молча кивнула, и побежала по лестнице вниз. Когда шаги ее затихли, Артур, которого мутило от ужаса и отвращения, так же медленно вернулся в квартиру. Его тело покрыл липкий пот, в глазах двоилось, будто он ударился головой.

— Тебе не жить, О'Брайн, — сказал он.

— А я и не хочу, — услышал он пьяный голос, — ты тише, не разбуди Сару!

Артур смотрел на него, прикидывая, что лучше сделать. Перед ним был сумасшедший, который перенес труп своей жены на грязную постель и теперь подтыкал одеялко, чтобы она не замерзла.

— Я лягу с ней, — сказал О'Брайян, — согрею ее. А то она замерзла там, под дождем.

Интересно, что пришлось пережить Барбаре, имея такого отца? Артур в ужасе смотрел на него, на обстановку комнаты, которая и до разгрома была отнюдь не обстановкой особняка. Страшные воспоминания обрывками сцен мелькали в его мозгу. Наверно когда-то давно его отец так же стоял над трупом его матери и смотрел, как он, совсем малыш, ползает по ее телу. Или мать тогда уже успели похоронить? Он не помнил. Он совсем не помнил ее. Только какие-то обрывки чувств, эмоций, которые сейчас заставили сжаться его сердце. Барбара тоже не будет помнить мать. Она не вспомнит лица Сары. Она никогда не вспомнит ее голоса. Артур закрыл глаза, с трудом втягивая затхлый воздух. Он не станет убивать этого несчастного. Ему все равно, что с ним будет. Упекут его на каторгу, сдадут в Бедлам или повесят. Это не его дело. Он развернулся, хлопнул дверью и бегом спустился вниз, оставляя за спиной Сару в обьятьях сумасшедшего мужа. Главное, забрать свою дочь, оградить от всего этого ужаса, что по его вине ей пришлось пережить. Дать ей новую жизнь, ту, что когда-то дал ему его отец.

Дождь ударил в лицо. Запах бедного квартала казался таким родным. Вот они с матерью идут по такому же проходу, в полной темноте, и где-то далеко горит единственное окно. Вода хлюпает под ногами. Он совсем не помнил, что с ней произошло. Ее не стало. Он остался один. И только потом появился его отец.

Артур замер, не дойдя до кареты.

Если сейчас он отвезет свою дочь к себе домой, то у нее никогда не будет матери. Если он отвезет ее к тетушке Элис, у нее никогда не будет отца. Он должен прекратить этот ад, что преследует его семью, теперь и на новом витке истории. Подняв глаза, он увидел, что Барбара смотрит на него через стекло. Решение, яркое, как луч, было принято им в одно мгновение. Настолько простое, что он даже рассмеялся, стоя под промозглым дождем. Дурацкие обиды не стоят судьбы всего его рода.

— Мы поедем к одной хорошей тете, Барби, — сказал он, садясь в карету и прячась за занавеской от мира почтовых комнат с их ужасами и нищетой, — у нее много детей, и ты ей совсем не помешаешь. Думаю, они даже будут рады иметь еще одну девочку.

— А мама? — спросила Барбара.

Артур прикрыл глаза, стараясь избавиться от образа ее мамы, что так навсегда и застыл в его памяти.