Книга Шесть дней в Бомбее, страница 57 – Алка Джоши

Дев, снова занявший место рядом с ней, усмехнулся.

— Эй, старомодная. – Он склонился к моему уху. – Твое платье всех старых сахибов с ума свело. Шабаш!

* * *

На заднем дворе официанты предлагали гостям мясное и овощное карри и сытные британские блюда. Подавали розовый шербет, фалуду, коктейли и воду с лаймом. Мира пила все, что ей приносили. И лихо поддерживала разговор со всеми, кто сидел за нашим столом.

Устроившийся справа от нее министр культуры Индии уговаривал Миру отразить в своей новой серии шедевры индийской архитектуры.

— Может быть, Удайпурский дворец? Или Майсурийский, если вам больше нравится Южная Индия. Они оба невероятны!

— Министр, меня интересуют люди. Здания не позволят мне сказать того, что я могу передать, изображая людей.

— Но, мисс Новак, вы выбираете сцены из далекого прошлого Индии. Пишете древние ритуалы, и весь мир, глядя на ваши картины, думает, что Индия…

— Отсталая? – ухмыльнулась Мира. – А может, мои картины, наоборот, показывают все, что есть в Индии доброго и честного? Традиции, уходящие корнями вглубь тысячелетий? Женщин, которые чтут эти традиции, вопреки здоровью и велению сердца. – Она прищурилась. – Или вам не нравится мой подход?

Пожилому мужчине явно было не по себе. Он подергал свой воротник.

— Миниатюры Раджастаны известны во всем мире, – сказала сидевшая возле него дама. – Вам стоило бы опробовать этот подход, мисс Новак.

— Он ведь как раз и считается традиционным для Индии, верно? Но ограничивая индийское искусство определенным стилем, мы ограничиваем и возможность показывать Индию. Она – Индия – намного значительнее, чем то, как мы ее понимаем. Сама определяет, что ее представляет. Не нам об этом судить.

Блестя глазами, Мира поднесла к губам бокал вина. Министра она не переубедила, но вдова задумчиво надула губы.

Муж Миры, одетый в белую тройку, сидел рядом с ней, разговор ни с кем не поддерживал, но и не отмалчивался, если к нему обращались. Курил трубку, покусывал мундштук и наблюдал за женой. На губах его играла слабая улыбка, казалось, он наслаждается занимательным зрелищем.

С тех пор как Амит положил руку мне на спину и в груди родилось незнакомое чувство, у меня пропал аппетит. Сидеть с ним рядом было практически невозможно. Мы старались не смотреть друг на друга. Я не знала, что ему сказать, как и того, во что выльется произошедшее между нами. Неужели я только вообразила тот взгляд, которым он меня одарил? Может, это все лишь фантазии старой девы? Я уже хотела встать из-за стола, но тут ко мне, позванивая тяжелыми золотыми браслетами, склонилась миссис Мехта. Какое-то время назад я видела, как она беседовала с подругами в другом конце зала.

Одну руку она положила на спинку моего стула, другую – на спину доктора Мишры.

— А вы, доктор, знали, что наша Сона к любой задачке может найти решение?

Амит вопросительно посмотрел на меня своими серыми глазами.

Каждый раз, когда он оборачивался ко мне, меня бросало в жар. Я отвела взгляд.

— Она буквально спасла парочку неразлучников, – ухмыльнулась миссис Мехта. – Сдается мне, у нас тут и еще одна парочка неразлучников образовалась, хан-нах?

Я вспыхнула. Амит откашлялся. Миссис Мехта погладила меня по плечу, загадочно улыбнулась Амиту и обрушила все свое обаяние на Миру, с которой давно мечтала поболтать.