Книга Вельмата. Длинные тени, страница 71 – Алёна Моденская

— Обратите внимание, — продолжала рассказывать Яна, указывая на красную небольшую церковь. — Это старообрядческая церковь, а могила писателя теперь находится совсем рядом. Иронично, не правда ли, учитывая, что Павел Иванович был гонителем раскольников.

— Как это — гонителем? — удивлённо спросила молодая женщина в модных круглых очках с зелёной оправой. — Он же так много про них написал! И так много знал!

— Потому и знал, — усмехнулся парень со светлыми дредами. — Он же был инспектором по расколу в губернии, ну или что-то вроде того.

— Нет, подождите, — упорствовала дама в очках. — Там же так подробно и с благосклонностью быт описан, и вообще!

Группа пустилась в обсуждение жизни, творчества и работы Мельникова-Печерского, а Настя закатила глаза. Ей казалось, у неё стопы к земле примёрзли. А малиновая тень как-то подозрительно близко подплыла. Настя шарахнулась в сторону и налетела на Игоря.

— Ты что, совсем замёрзла? — тихо спросил Игорь, пока парень с дредами в телефоне выискивал цитаты из трудов Мельникова-Печерского, доказывающие что он был отнюдь не почитателем старообрядцев.

— Есть немного, — пробормотала Настя, приплясывая.

— Восемь градусов, — буркнул Игорь. — Теплее надо одеваться.

— Без тебя бы не сообразила, — огрызнулась Настя.

— Извини. — Игорь обнял её за плечи. Жест красивый и совершенно бесполезный.

Кто-то из группы недовольно поинтересовался, будут ли они до вечера торчать на кладбище и рассуждать о литературе и церковном расколе.

— Хорошо, идём дальше! — звучно произнесла Яна и направилась прочь от могилы писателя.

— Поверить не могу, что трачу выходной вот на это вот, — ворчал Игорь, прижимая к себе Настю. Хотя её это совсем не грело.

Они посетили могилу декабриста Анненкова и его супруги, перенесённую сюда с другого кладбища, захоронения конструкторов Алексеева и Африкантова, потом артистов, политиков и кого-то ещё, но у Насти уже зубы стучали, так что ей было не до возникших в группе рассуждений о том, одобрили бы эту экскурсию сами захороненные, или нет.

— Я думаю, нет, — тихо вздохнул Игорь. — По крайней мере, мне бы не понравилось, если бы на мою могилу водили туристов.

— Разве тебе бы уже было не всё равно? — глухо спросила Настя, пряча лицо под шарф.

— Ну, не знаю, — пожал плечами Игорь. — А ты спроси у них, что они думают. Ты же можешь.

Прозвучало грубовато. Настя вывернулась из его руки и отошла на пару шагов. Может, она и чуток ненормальная, но это не повод для публичных оскорблений.

Группа снова куда-то двинулась, и Настя хотела было сбежать под шумок, но на большом старом светящемся памятнике мелькнула знакомая фамилия.

— Это захоронение знаменитого нижегородского купца и мецената Георгия Сергомасова, — указала на камень Яна.

Она пустилась в какой-то рассказ о ярмарках и торговле, а Настя таращилась на очень знакомое фиолетовое привидение. Прямо копия папаши Игоря, и верёвки свисают с рук, ног и шеи. И дыра зияет в груди. Фантом летал, меланхолично проходя прямо сквозь свой памятник, исписанный непонятными заковыристыми письменами, вроде тех, что Настя во сне наносила на кожу Игоря. Призрак вроде бы не обращал ни малейшего внимания на туристов. Ровно до тех пор, пока не заметил Настю. Резко развернулся и рванул в её сторону. Только вонзился головой не в неё, вскрикнувшую от испуга, а в Игоря.