Книга Покров 3. Чарусы, страница 97 – Алёна Моденская

— А, ну да, – спохватилась Василиса. – Я иду. Да.

Садовник (видимо, это был он) медленно катил скрипучую тачку, а Василиса стеснялась его подгонять. Привидения спешки не любят. Наверное. Вася вон тоже всегда невозмутимый. Что предыдущий, что этот. Правильно, мёртвым торопиться некуда. У них впереди только вечность.

Садовник свернул в узкий проход между кустами и повёл тачку по дорожке шириной всего в полметра. Потом снова свернул, и ещё раз. Так он ловко поворачивал туда-сюда, пока Василиса окончательно не потеряла направление.

Но вдруг изгороди кончились, и Василиса, выглянув из-за кустов, увидела площадку, в центре которой высилась длинная закруглённая арка, сплетённая из роз. Только вот она не была прозрачной – под дугой клубился чёрный туман, от взгляда на который внутренности сжимались в дрожащий липкий ком.

Перед аркой – круглый камень, а вокруг него хаос: Фаврелия, сцепившаяся на земле с Натальей Львовной, свалка из Дианы, Ани, Киры и Олеси, папа на пару с Антоном, за руки оттаскивающие Снежану, напрочь растерянный священник и Ядвига Мстиславовна с Зоей. И все бесконечно голосят.

— Убью! – орала Фаврелия, наваливаясь сверху на Наталью Львовну. – Задавлю, скотина!

Они были ближе всего к Василисе, поэтому она разбежалась и сшибла Фаврелию. Та глухо скрипнула и покатилась по земле. Василиса подала руку Наталье Львовне, та удивлённо моргнула, будто не узнавая свою подчинённую, потом замотала головой и прохрипела:

— Камень! Камень!

Краем глаза Василиса ухватила несущуюся на неё черноту. Не успела бы отпрянуть, если бы поперёк перекошенной яростью Фаврелии не выскочил отец Павел. Вместе они повалились рядом с Натальей Львовной, которая времени терять не стала и всеми пальцами вцепилась в волосы Фаврелии.

Женский вскрик. Василиса обернулась. Олеся пихнула Киру в живот, та упала, но быстро откатилась и прыгнувшая на неё, как рестлер, Олеся шмякнулась пластом на землю, гулко выдохнула и застонала. Аня и Диана во всю лупили друг друга по лицу и таскали за волосы.

Так. Камень. Василиса бросилась было к нему, но на неё спиной повалилась Ядвига Мстиславовна, которую с воплем оттолкнула Зоя. Василиса, пятясь, сумела подхватить бабушку под мышки и посадить на землю.

— Ненавижу тебя, карга старая! – верещала Зоя, торопливо семеня к камню. – Всю жизнь мне испоганила, тварина мерзкая!

— Стой, глупенькая, – слабо проговорила Ядвига Мстиславовна, протягивая руки к Зое, которая натолкнулась на камень и чуть не упала. Но быстро выпрямилась, достала какой-то тонкий предмет и чиркнула по ладони, вытянув руку над камнем. Тёмная тонкая струя полилась прямо на центр.

Василиса в два прыжка настигла Зою и сшибла её с ног. Да так удачно, что та улетела к противоположной стороне площадки.

— Вот и всё, – обречённо проговорил кто-то в красном тумане, валящем из арки и покрывающем всю площадку.

В алых струях стало формироваться нечто, мгновенно меняющееся и обретающее формы, которые даже не успевали задержаться в памяти. Кажется, центром была высокая женщина в кружевной накидке, спадающей с головы в розовом венке. Именно вокруг неё будто проносились вихрем люди, события, воспоминания, сны, мечты…

Василиса не могла вспомнить, как её называют. Но это у неё ведьмы сейчас будут просить силу. На мгновение в тумане возникли и тут же исчезли тёмные женские фигуры в хороводе. Может, успеть попросить не помогать им?