Книга Покров 2. Багряница, страница 70 – Алёна Моденская

Прямо у колодца, где разожгли пламя, на чем-то вроде чурбана стояла Лета. Прямая, как жердь, и руки за спиной. Да она же связана. И петля на шее, а конец верёвки – Василиса проследила – привязан к ветке сухого дерева.

Этого ещё не хватало. От поганых тварей всего можно ожидать, но чтобы такое – это за гранью. Повесить кого-то, чтобы… чтобы что? Висельник. Что знакомое. Где-то это уже…

Над ухом кто-то громко разговаривал, мешая думать. Василиса повернулась, чтоб отмахнуться, но три грузные бабы на неё и внимания не обратили. Указывали на площадь и посмеивались. Там у колодца стоял чурбан, куда сквозь гудящую толпу тащили брыкающегося человека. А двое уже приладили верёвку к ветке дерева.

Два амбала вытащили связанного к центру площади. Грузный мужчина в чёрном пиджаке со сверкающими запонками залез на чурбан, поднял руки, и толпа притихла.

— Этот выродок, – он указал на связанного, – сотворил такое, что не до́лжно прощать! Убил девять детей! И одежду их закопал рядом с домом!

Толпа загудела, но мужик снова поднял руку. Все разом стихли.

— А жандармы его отпустили! Так мы возьмём правосудие в свои руки!

Мужик спрыгнул с чурбана, и туда поволокли связанного. Трое приподняли его и поставили на чурбан, а двое других стали накидывать петлю на голову. Большая такая голова, с залысиной. Лицо разбито, всё в крови. Плачет, что-то говорит, что не виноват, что одёжку подбросили. Молодой совсем. И лицо знакомое. Так это же Вася! Брадобрей, превратившийся в скелета! Но ведь он не виноват!

Василиса рванула вперёд. Лавировала между людьми, толкала кого-то, кто-то вскрикивал, её вроде пытались поймать – дёргали за волосы и одежду. Добравшись до колодца, Василиса нырнула под локоть одному из тех, кто набросил на Васину шею верёвку. Оступилась на больной ноге и повалилась прямо на висельника, он вскрикнул и покачнулся. Не удержался на чурбане, тот опрокинулся, и Вася повис в воздухе, хрипя и дрыгая ногами.

Кафтан, карман. У него же есть бритва. Кое-как увернувшись то Васиного пинка, Василиса подобралась к нему со спины, но тут её перехватили поперёк тела.

— А ну уймись!

Но Василиса забила локтями, попала во что-то твёрдое, кто-то охнул, хватка ослабела. Снова увернувшись от судороги Васи, Василиса всё-таки дотянулась до его кармана, но он крутился на верёвке, так что засунуть туда руку не получалось. Пришлось, перебирая ногами, забраться на опрокинутый чурбан. Наконец ладонь вошла в карман, но Василисе ударили под колени, она упала и покатилась по земле. Кто-то попытался пнуть её в лицо, но промахнулся, попал по кладке колодца и взвыл.

Это было на руку – все на миг отвлеклись, Василиса вскочила. Но как достать до Васиной шеи, которую уже стянула петля? Бегло осмотревшись, Василиса запрыгнула на колодец, оттолкнулась, в миг пролетела мимо чьих-то граблей и обхватила судорожно трепыхающегося Васю руками и ногами. Подтянулась и махнула рукой с бритвой над его головой.

Два тела рухнули на землю.

Раздался визг, и Василису рвануло за волосы, в носу хрустнуло, голову пронзила боль. Мир потемнел и завертелся. Потом прямо над головой кто-то глухо охнул, но навалившаяся было туша шмякнулась где-то рядом. Кто-то снова яростно вскрикнул, и кто-то другой взвыл от боли.

— Поджигай! – раздался звучный голос Дианы.