Книга Ойме, страница 89 – Алёна Моденская

— Здравствуйте, — сказал парень, когда Лёка, пролезая мимо, чуть не задела его кошкиным лотком по лицу.

— Угу, — выдавила Лёка, стараясь смотреть под ноги. Из переноски донеслось возмущённое «мяу».

— Лоток-то зачем притащила? — спросила мама, взяв из дочкиных рук пакет с кормом.

— А ты хочешь, чтобы она бабушке под ванну дел наделала?

— Знаешь, кто это? — весело кивнула тётя Тамара на подъезд.

Лёка не сразу поняла, что соседка говорила про парня, который придержал для неё дверь.

— Ваш новый сосед. Прямо над вами квартиру купил.

— А ты ему кошачьим туалетом в лицо, — укоризненно покачала головой мама.

— Я же не знала. — Лёке стало стыдно. — Ладно, поехали. Пока, тёть Тамар.

Тётя Тамара помахала им граблями.

Дома у бабушки мама выгрузила кошкины принадлежности и сыр.

— Папа ещё на рыбалке, — пробормотала мама, глядя на часы. — А может, обед?

— А давай, — улыбнулась Лёка.

Пока мама жарила картошку и в другой сковороде готовила сметано-грибной соус, Лёка испекла цитрусовую шарлотку в мультиварке. Груша обследовала бабушкину квартиру и устроилась на холодильнике. Полежала, а потом, пока никто не видел, спихнула на пол банку с осенним букетом. Лёка, укоризненно покачав головой, убрала его на подоконник, а Груша смотрела на неё с выражением «он сам упал, чесслово».

Скоро приехал папа. Обнял маму, дочку и тёщу.

— Хорошие новости, — разуваясь, сказал папа. — На следующей неделе нас пригласили на охоту.

— И чего тут хорошего? — мрачно спросила Лёка.

— Это Крутов и Главнов устраивают. А там знаешь, какие люди соберутся? У-у. — Папа дёрнул головой. — Элита.

— С такой элитой врагов не надо, — тихо-тихо пробубнила Лёка.

Две фурии, пряничник и экскаватор

Утром Лёка встала пораньше, чтобы приготовить завтрак на всех. Первым делом подняла с пола кухни осенний букет. Поставила его в буфет за стекло. Хорошо, что банка оказалась крепкой, и после двух падений не разбилась.

У бабушки кофе нашёлся только растворимый, и Лёка, такого не признававшая, заварила чай с лимоном. А ещё пожарила со специями твёрдый козий сыр, который вчера купила у Киры. К нему сделала ржаные и пшеничные тосты и большую яичницу-глазунью.

— Запах-то какой, — довольным тоном произнёс из прихожей папа, проскальзывая в ванную.

У бабушки в холодильнике нашлось шоколадное сливочное масло, и Лёка, как в детстве, намазала им печенье, а сверху положила ещё одно. Сразу вспомнилась старая бабушкина квартира (теперь родительская), и как зимой по утрам они с Егором завтракали именно такими «сэндвичами». А потом бабушка везла Лёку на санках в детский сад, а Егор шагал рядом, отвлекаясь на всё подряд.

Как же Егора не хватает.

— Твоя кошка точит когти об диван, — назидательно произнесла бабушка, намазывая пшеничный тост обычным маслом. — Скажи ей, чтобы перестала.

— Это кошка, она не поймёт, — усмехнулся папа. — Люди-то не всё понимают.

— Может, ей когти удалить? — предложила мама.

— Это негуманно и вредно для животного, — заявила Лёка.

— Купим чехлы на мебель, — опередил маму папа и сгладил скандал. Выглядел он очень довольным. Наконец-то его приняли в местный «клуб». Как бы этому помешать?

— Перед работой накрасься, — сказала мама, глядя на дочкино лицо. — Возьми мой тональник.

— А что это вообще? — Папа взглядом указал на физиономию дочери.