Книга Ойме, страница 41 – Алёна Моденская

Лёка всё ворочалась в постели, представляя страшные картины того, что могло произойти с прабабушкой. Уснуть не получалось. Когда Лёка уже хотела встать и выпить снотворного, на кресло-кровать запрыгнула Груша. Громко урча, она сначала долго топтала лапками одеяло, потом покрутилась и улеглась у хозяйки в ногах. Сразу стало как-то спокойнее, грустные мысли ушли, и Лёка наконец уснула.

Утром в качестве благодарности Лёка дала кошке немножко сгущёнки, а потом полчаса гонялась за ней по квартире, чтобы запихнуть в переноску. Это удалось только после того, как Лёка положила в «домик» немножко сгущёнки на хлебной корочке.

Взвалив сумку на плечо, Лёка помчалась вниз, чтобы успеть в ветеринарную клинику к своему времени. Хорошо, что она выбрала веткабинет рядом с домом — идти недалеко. Плюс активная группа в соцсети и много хороших отзывов.

Когда Лёка с Грушей вошли в приёмную, чуть не натолкнулись на стоявшего спиной к входу художественно небритого молодого человека в медицинской униформе.

Опираясь татуированными руками на стойку администратора, он болтал о чём-то с сидевшей там девушкой.

— Здравствуйте, — обратилась Лёка сразу к обоим.

— Здравствуйте, — сказал парень, глядя на переноску.

— Вы по записи? — спросила девица за стойкой, окидывая клиентку оценивающим взглядом из-под приклеенных ресниц.

— Да, на прививки.

— Это кто у вас там? — улыбнулся ветеринар, нагибаясь к переноске.

— Котёнок, — сказал Лёка, чувствуя, как Груша беспокойно ползала по сумке.

— Котят перед прививками надо глистогонить, особенно беспородных, — сказала администраторша. Почему-то тон у неё сочился недовольством. Наверное, те, кто приносит дворовых кошек — невыгодные клиенты.

— Я давала ей суспензию. — Лёке очень хотелось закончить визит побыстрее.

— Тогда пойдёмте, — врач указал на дверь в кабинет.

Лёка вошла и поставила переноску на стол.

— Сколько вам? — спросил врач, надевая перчатки.

— Не знаю, — пожала плечами Лёка и открыла переноску. Груша не хотела вылезать, и Лёка с полминуты возилась, вытаскивая её из сумки.

— Месяца два, — сказал врач, улыбаясь котёнку. — Давайте посмотрим.

Он ловко осмотрел Грушу, привычно поворачивая её в руках. Удивительно, она даже не пыталась вырваться или укусить его, хотя собственную хозяйку то и дело царапала.

— Вроде всё нормально. Только ушки немножко проблемные. Сейчас почистим, а потом я выпишу вам капли.

Лёка не успела ничего сказать в ответ, потому что у неё зазвонил телефон. Это была Марта, пришлось ответить.

— Извините, — сказала Лёка ветеринару и отвернулась, приложив трубку к уху.

— Не мешаю? — вежливо спросила начальница.

— Нет, — вполголоса солгала Лёка. Врач тем временем возился с ушками Груши. Она с поразительным спокойствием терпела.

— Тут клиентки нарисовались, — тоже вполголоса проговорила Марта. — Те, которым ты гадала. Хотят ещё сеанс.

— Но я не могу, — выдавила Лёка, отворачиваясь и глядя в угол кабинета.

— Всё ты можешь. Это же не бесплатно.

— Да дело-то не в этом. Я просто не могу. — Лёка не стала произносить вслух всё, что хотела — что гадать не умеет и не особо хочет, что половину дела тогда провернула Яна, плюс макияж и платье. И что ей вообще некогда и не до того.

— Ты заработать хочешь? — раздражённо и уже громче спросила Марта.