Книга Тень чупакабры, страница 84 – Алёна Моденская

— Какой ещё растворитель? — недоумённо спросила Света.

— Для красок, — мрачно произнесла Кристина.

В кухню заглянул Артём, тоже понюхал бутылку и поморщился.

— А как ты не заметила? — спросил он у Светы.

— Да у меня из-за аллергии на пыль нос заложен. — Действительно, она говорила немного гнусаво.

Новиков вопросительно глянул на художницу. Та со вздохом кивнула:

— Да, я использую такой растворитель. Да, я его держу в бутылках из-под лимонада. Но моя бутылка на месте. Пойдёмте, покажу.

Все вместе они вышли из кухни. Кристина подошла к своему мольберту и стала копаться на этажерке, куда сложила кисти:

— А ведь его тут нет. Но только что был! Я полчаса назад им пользовалась!

— Чего тут нет? — спросила Герда, переводя взгляд с Кристины на остальных.

— Растворителя, — ответил Новиков. — Потому что вот она, твоя бутылка. — И Новиков указал на свою руку.

— И как она попала в холодильник? — недоумённо спросила Кристина.

— Может, ты машинально его туда поставила? — Герда состроила невинные глазки.

— Да я даже на кухню не ходила!

— Так что, ты хочешь сказать, это кто-то из нас сделал? — строго произнесла Герда.

— Ничего я не хочу сказать, — отвернулась Кристина.

Артём подошёл и обнял её за плечи.

— Это, наверное, как-то случайно вышло, — слабо проговорила Жанна Сергеевна, глядя на всех по очереди.

— Я это есть не буду! — Герда указала на пирожные, что принесла Кристина.

— Ну и не надо! — огрызнулась художница и уже взяла блюдо со стола, но её удержал Артём.

— А я буду! — Он схватил «картошку» и откусил сразу больше половины. — Офень фкушно.

— Я тоже не откажусь. — Новиков налил себе чаю и сел за стол. — Если не возражаете.

Кристина протянула ему тарелку, и он переложил на своё блюдце сразу песочное и «картошку». Действительно, пирожные оказались что надо — песочное мягкое, с хрустящей глазурью и ароматным джемом, а «картошку» Кристина слепила варёной сгущёнкой из шоколадно-кексовой крошки. Да ещё и розочки умудрилась сделать.

Сама художница тоже села за стол и невозмутимо налила себе чаю.

— Не хотите — можете не есть. Нам больше достанется. — И она маленькой блестящей ложечкой отломила кусочек «картошки». Ела она красиво, аккуратно работая изящными ручками (левой, правую прятала), да ещё спина у неё прямая, как у балерины. И шея длинная, и волосы слегка вьются и блестят на солнце. Ну прямо барышня Пушкинской эпохи.

Герду от вида этого изящества перекосило. Челюсть у неё сползла направо, брови сошлись в одну жирную линию. Потела так, что волосы липли к шее.

Жанна Сергеевна, видимо, решила не выделяться, и тоже положила себе «картошку». Света смачно чихнула и от пирожных отказалась, сославшись на аллергию. Видимо, всё-таки опасалась Кристининой стряпни.

Новиков работал челюстями и пытался придумать повод выйти на улицу, чтобы поискать пустую Светину бутылку. Как на зло, ничего не лезло в голову. И тут его неожиданно выручила Жанна Сергеевна:

— Светочка, сегодня у нас во дворе кошка запрыгнула на скворечник, он и свалился. Попроси, пожалуйста, Гришу поправить.

— Ладно, — сказала Света, наливая себе чаю. — Только завтра, у него сегодня ночная смена.

— Давайте я помогу, — вызвался Новиков. — Где там ваш скворечник? Показывайте.

Новиков встал из-за стола и отряхнул руки. Повернулся к Кристине и с улыбкой сделал картинный поклон: