Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 262 – Елена Логунова

— Здравствуйте! Я на прошлой неделе заполняла в отделе кадров анкету о приеме на работу и хотела бы знать результат.

— Как зовут? – спросил бритоголовый, поднимаясь из-за стола.

Ноги у него были непропорционально короткие, а руки – слишком длинные, что отнюдь не добавляло парню красоты.

— Кого – меня? – глупо переспросила я, с ужасом осознав, что напрочь позабыла, каким именем назвалась в прошлый раз. Кажется, фамилия была какая-то куриная? – Меня зовут… э-э… Глафира Несушкина!

— Несушкина – это хорошо, – ухмыльнулся бритоголовый. – Не ссы, Несушкина! Щас спрошу про тебя.

Не люблю хамовитых мужиков и пошлых каламбуров! Я поморщилась, но осталась стоять в коридоре, глядя вслед топающему по ковровой дорожке охраннику. Вперевалочку он дошел до знакомой двери отдела кадров и скрылся за ней.

Сотовый, в котором Дудликов только вчера установил модный «звучок» – мычание вместо звонка, подал голос, когда Герман Трофимович мирно ел вареники с сыром на открытой веранде кафе итальяно-кубанской кухни «Пицца-хатка». Обедающий вместе с шефом Виктор Душин при звуке тошного коровьего рева расплескал пиво и недоверчиво посмотрел на свой бифштекс.

— Герман Трофимович, она снова здесь! – испуганным голосом зачастила в трубку кадровичка Виктория.

— Кто? – не понял начальник.

— Клава Клушина! Только сегодня она назвалась другим именем – Глафира Несушкина! Герман Трофимович, что мне делать? Она ждет под дверью.

Дудликов, не жуя, проглотил крупный вареник, как лягушку, и злобно зыркнул на выжидательно замершего Душку.

— Журналистка опять рвется в отдел кадров. Ты же говорил, что принял меры и ее даже на порог не пустят?

— Ну, да! Я там такого мордоворота на входе посадил, что наша святая братия с порога крестное знамение творит! – кивнул Виктор. – Лелик – чисто горилла! Как бабенка мимо него прорвалась? Я ж ему строго-настрого наказал: придет Клавдия Клушина – в разговоры не вступать, выставить за порог, дверь запереть!

— Она назвалась другим именем, – желчно пояснил Дудликов и спросил в трубку у взволнованно сопящей кадровички: – Сможешь выставить ее по-тихому?

Виктория приоткрыла дверь, выглянула в щелку, оценила решительное выражение лица гражданки Клушиной-Несушкиной и зашептала в трубку:

— Вряд ли, у этой женщины такое лицо, словно она красный комиссар, пришедший нас раскулачивать!

Герман Трофимович побарабанил пальцами по пластмассовой столешнице и решил:

— Тогда не поднимай шума, дай ей снова анкету, пусть опять заполняет, раз назвалась другим именем. Я сейчас буду.

Оставив на столике недоеденный обед, шеф и его помощник торопливо зашагали к «Атланту», но с полдороги Душин отлучился, без объяснений нырнув в подвальчик «Зоомира». Герман Трофимович побежал дальше, у входа в контору конспиративно прильнул к бедру гипсового мужика, позвонил в отдел кадров и спросил поднявшую трубку Викторию:

— Ну, что там у вас?

— Одну минутку, – пообещала девушка, из чего сообразительный Герман сделал вывод, что проныра-журналистка сидит в кабинете кадровички.

— Я вышла в коридор, – зашептала Виктория. – Она заканчивает с анкетой и уже попросила организовать ей встречу с Эдуардом Рудольфовичем.

— Ни в коем случае! – всплеснул свободной рукой Дудликов. – Не позволяй им встретиться!