Книга Клиент Пуаро, страница 99 – Наталья Николаевна Александрова

Наконец в дверях ресторана появилась некрасивая высокая темноволосая женщина с длинным грубым лицом. Она переговорила с метрдотелем, и тот со всевозможными изъявлениями почтения проводил посетительницу к столику Андрея Антоновича.

— Темные волосы вам идут, – заявил галантный Берг.

— Не выдумывайте, – отозвалась Вера, – это только для конспирации.

— Посылка при вас? – осведомился Андрей Антонович.

— А деньги при вас? – ответила Вера вопросом на вопрос.

Гришин показал глазами на соседний столик, за которым сидел со скучающим и безразличным видом мужчина лет тридцати, в котором все, начиная от широких мощных плеч, характерно топорщащегося на месте кобуры пиджака и заканчивая внимательным, ни на чем не задерживающимся профессиональным взглядом, изобличало телохранителя.

Под столом у телохранителя стоял объемистый чемодан из мягкой коричневой кожи.

Вера расстегнула замшевую сумку и положила на стол пакет из плотной желтой бумаги. Пакет больше не был опечатан – прежде чем идти на встречу, Вера вскрыла его и ознакомилась с содержимым.

— Позвольте. – Берг протянул руку и развернул плотную бумагу.

Перед ним лежала темная доска размером двадцать на тридцать сантиметров, на которой была изображена юная Мадонна, задумчивая и спокойная, нежно взирающая на своего розовощекого младенца.

— Так-так, – задумчиво проговорил Фридрих Карлович, доставая из кармана складную лупу, – так-так…

Он наклонился над доской и принялся разглядывать фрагменты картины и само дерево, но Гришин, который хорошо знал своего придворного искусствоведа, помрачнел. Ему уже было ясно, какой вердикт вынесет Берг, хотя тот еще продолжал свое исследование.

— Так-так, – повторил Берг, перевернул доску, осмотрел ее с изнанки и пренебрежительно швырнул ее обратно на стол.

Он внимательно, с любопытством посмотрел на Веру и перевел взгляд на своего хозяина.

— Торопились, – насмешливо сообщил он Гришину, – работа довольно хорошая, профессиональная, но мастер был ограничен временем и поэтому не смог как следует обработать доску. Серьезное исследование не понадобится, мне и так все ясно.

— Что значит – торопились? – проговорила Вера неожиданно высоким голосом. – Кто торопился? Что вы хотите сказать?

Она похолодела, ей показалось, что зал ресторана начинает медленно вращаться вокруг нее.

— Девушка, похоже, плохо понимает, с кем она имеет дело, – скучным голосом продолжил Берг, обращаясь исключительно к Андрею Антоновичу и, кажется, вовсе не замечая онемевшую Веру, – она, наверное, подумала, что с нами можно шутить.

Неожиданно он развернулся к Вере всем корпусом, смерил ее взглядом и презрительно бросил:

— Сегодня – не первое апреля! На дворе уже май, моя дорогая, так что время вульгарных шуток давно прошло!

— Вы хотите сказать… – проговорила Вера, едва справляясь с предательски отказавшим голосом.

— Я хочу сказать, – прервал ее Берг, – что это – подделка. Достаточно грубая, торопливая подделка, мне даже не понадобились лабораторные условия, чтобы ее разоблачить!

Он взглянул на своего молчаливого хозяина и продолжил:

— Думаю, вы понимаете, что шутить таким образом с людьми такого масштаба, как Андрей Антонович…

— Девушка все понимает, – поморщившись, остановил его Гришин, – думаю, она не пошла бы сознательно на такой обман.