Книга Клиент Пуаро, страница 79 – Наталья Николаевна Александрова

На обоих балконах по хорошей погоде выставлялись традиционные комнатные цветы – герань, китайская роза, «ванька-мокрый». Только на левом балкончике эти растения были ухожены, политы и цвели пышным цветом, а на правом они безнадежно засохли, поникли и представляли собой самое жалкое зрелище.

Леня сделал из этого наблюдения кое-какие выводы и вошел в подъезд.

На площадку четвертого этажа выходили двери двух квартир.

Правая дверь была опечатана.

Леня задумчиво посмотрел на полоску бумаги с круглой сургучной нашлепкой и решительно направился к левой двери.

Не успел он нажать на кнопку звонка, как за дверью послышалась негромкая возня, и подозрительный старушечий голос осведомился:

— Опять уговаривать будешь?

— Что? – не понял Маркиз. – Почему уговаривать? Зачем уговаривать?

— Ну как же, – продолжал голос из-за двери, – за депутата своего. А только я все равно не пойду голосовать! Лестницу у нас который год не убирают – раз, мусор возле дома набросан – два, а квартплату все поднимают и поднимают – уже четыре. А ты хочешь, чтобы я голосовала! Вот который лестницу уберет да мусор вывезет – за того я проголосую!

— Да я, бабушка, совсем по другому делу!

— Тоже мне внук нашелся, – сердито отозвались из-за двери. – А по какому же тогда делу, если не за депутата?

— Я вообще-то к Анне Ермолаевне шел, к Лопатиной, – начал Леня, – а у нее, смотрю, дверь опечатана…

— И-и, милый, спохватился! – проговорила старуха. – А по какому ты к ней вопросу?

— Да ей деньги причитаются… от общественного фонда по оказанию помощи малоимущим вдовам государственных деятелей, – выдал Леня красивую внушительную заготовку.

— Ну надо же! – послышалось из-за двери. – Некоторым все, а другим так совсем ничего… Опоздал ты, однако.

— В каком смысле – опоздал? – Леня изобразил непонимание.

— В самом, милый, обыкновенном! – печально произнесла старуха. – Померла Анна Ермолаевна, три дня, как померла!

— Ну надо же! – Леня вложил в голос сочувствие и разочарование. – Главное, деньги уже выписаны…

— А большие ли деньги? – В голосе старухи соединилось любопытство и зависть.

— Шестьсот пятьдесят семь рублей. – Леня знал, что некруглые цифры выглядят достовернее.

— И за что это ей… – огорчилась старуха.

— А ведь вы – тоже одинокая, – проговорил Леня, как будто его неожиданно осенило, – и в преклонных годах… деньги по ведомости уже начислены, так давайте я их вам выплачу!

— С чего это вдруг? – В голосе старухи, не привыкшей к неожиданным подаркам судьбы, прозвучало явное недоверие.

— Говорю же – деньги начислены, их обратно сдавать – одна морока! А вам наверняка пригодятся…

— Да уж, лишними не будут, – согласилась старуха, – а у тебя, милый, документы какие-нибудь имеются?

— Это обязательно. – Маркиз поднес к дверному глазку раскрытое удостоверение депутата законодательного собрания города Замухрыщенска.

Он носил в кармане кучу всяких визитных карточек, удостоверений и бланков – на всякий пожарный случай.

Загремели засовы, и дверь отворилась.

На пороге стояла небольшая худощавая старушка в детском спортивном костюме фирмы «Адидас» – наверняка из немецких гуманитарных поставок.

Старушка внимательно осмотрела Маркиза с головы до ног и, по-видимому, осталась удовлетворена. Как всякий мошенник высокого класса, Леня производил на малознакомых людей исключительно хорошее впечатление.