Книга Алиби для землеройки, страница 53 – Дарья Донцова

Серафима приподняла одну бровь:

— У Риммы был диплом врача, она доктор, но грубый, злой, неумный, недобрый. Мое личное, ничем не подтвержденное мнение: баба взялась за старое и обзавелась новым покровителем. Кто он? Ума не приложу, но думаю, что из высокого начальства. В биографии тетки наверняка есть темные пятна и крепко запертые шкафы со скелетами… Четыре года назад ко мне обратился художник Евгений Козлов, заныл: «Наличных нет, хочу лечиться в кредит!» Ответила ему: «Я не работаю в долг. Да, у меня есть благотворительные подопечные, но все они пенсионеры, живут на крошечное пособие. А вы молодой живописец. Когда появится финансовая возможность, тогда и обращайтесь». Уж как он обозлился! Решил напугать меня, заявил: «Знаю, знаю, вы считаетесь сотрудницей роддома, но никогда там не показываетесь, занимаетесь незаконной частной практикой. Прямо сейчас сообщу о вас в налоговую!»

Минина рассмеялась:

— Анекдот прямо! Спокойно объяснила шантажисту: «Давно не работаю в медцентре и по финансовой части у меня идеальный порядок. Вы можете писать кому угодно, потом вас за клевету посадят. До свиданья!» Он ушел, но через две недели назад приполз, по-другому запел: «Простите, не знал правды! Смирнова в заблуждение ввела! Она у меня свой портрет заказала, но не заплатила. Я растерялся – ни разу не сталкивался с такой ситуацией. Договор не заключаю, люди просто работу забирают и конверт дают. Смирнова иначе себя повела. Полотно взяла, заохала: „Прости, забыла дома деньги! Завтра все привезу, позвоню тебе“. Кормила меня „завтраками“ неделю, потом объявила: „Портрет дрянь! Я там на себя не похожа!“ Обидно слышать такое, попросил: „Если не нравится, верните работу“. Римма в ответ: „Я сожгла ее в камине. Не нервничай, заплачу, но не деньгами. Ты молодой, а весишь тонну – с таким жиром до сорока не доживешь. Вот номер телефона…“».

Серафима провела ладонью по столу.

— Некоторые люди со временем не меняются. Римма пообещала мужчине, что я им бесплатно займусь, потому что Смирнова – моя лучшая подруга. Ну не дрянь ли? Уж не молодая была, пора было бы и о Боге подумать. Но мадам эта молилась только кошельку! Сейчас расскажу вам еще одну интересную историю. Не люблю сплетничать, но это правда…

— Евгения Ивановна Кострова, – начала докладывать я, – совершила много лет назад побег, когда ее везли в отделение милиции для допроса. Девушке предстоял неприятный разговор, скорее всего, ее бы арестовали. Что она натворила? Кострова окончила медвуз, получила специальность акушера. Устроилась в город Хвалынов – тогда это было захолустье Московской области, – в родильное отделение больницы. Там скончалась роженица Ирисова Наталья Николаевна. Мужа покойной звали Илья Сергеевич, ему тогда было двадцать лет, Наталья Николаевна была на год старше. Пара молодая, из простых, небогатых семей, их родители были обычными людьми. Но Илья оказался не промах. После кончины жены он отправился к высокому начальнику в Москве, сумел попасть на прием. Сверху велели на месте разобраться. Выяснилось, что роды принимала Евгения Кострова, которая совершила грубейшую ошибку – не выяснила, есть ли у молодой женщины аллергия на какие-нибудь препараты. Ирисова умерла, но ребенок выжил, его забрал муж. Евгению задержали, повезли на допрос в отделение. Ей по дороге стало так плохо, что пришлось девушку госпитализировать. Как дальше развивались события, неизвестно. Куда она подевалась? Никаких подробностей. Но вот интересный факт: в роддом Михинска устроилась работать медсестрой Лидия Николаевна Саркисова, молодая женщина. Римма принялась ее обижать. Лида некоторое время терпела, а потом громко при всех назвала ее другим именем. Хотите услышать интересную историю?.. В одном богом забытом роддоме работала Евгения Кострова – злая, жестокая и к тому же плохой врач-акушер. Из-за нее погибла Наталья Ирисова. Евгения не удосужилась спросить у женщины про аллергию, Наталье Николаевне ввели лекарство, и будущая мать умерла. Ее можно было спасти, но Кострова ушла из родовой, оставив женщину. Когда стали разбираться в происшествии, Евгения поклялась, что задавала вопрос про аллергию, а Наталья ответила, что до сих пор ею не страдала – вот будущей матери и ввели простой обезболивающий препарат. Но Евгения соврала, она ничего не спрашивала у Натальи Николаевны. Это подтвердила и медсестра, которая помогала Наталье лечь на родильный стол. Более того, девушка поинтересовалась у Евгении: «Про аллергию у Ирисовой спрашивали?» «Не лезь не в свое дело! – рявкнула Кострова. – Я врач, а ты кто?.. Вот и стой молча».