Книга Дом у кладбища, страница 65 – Марико Коикэ

Она слабо улыбнулась и встала из-за обеденного стола. Куки влетела из соседней комнаты и принялась жадно слизывать остатки кетчупа и слезы с пальцев Тамао.

Примерно через час появилась Эйко Иноуэ в сопровождении Каори. Как только Мисао открыла дверь, она ворвалась в комнату.

«Ты слышала? – требовательно спросила она. – Тамао рассказала тебе об инциденте с бросанием песка?» – Ее лицо исказилось от возмущения.

«Да-а… – Мисао небрежно кивнула, как будто это было что-то незначительное. – Я действительно горжусь Каори и Тамао. Получилось, будто они противостояли большому хулигану и старались изо всех сил».

«Да, у меня тоже сложилось такое впечатление, но… – Эйко раздула свои крошечные ноздри. – Я имею в виду, это так подло – называть наших детей „детьми с кладбищенских квартир“! Вы когда-нибудь слышали что-нибудь более оскорбительное? Я спросила об этом Цутому, и он рассказал мне, что мальчик, который кидался песком, проводит много времени со своей бабушкой, и именно она возит его в школу и обратно. Очевидно, семья жила в этом районе на протяжении нескольких поколений. В любом случае мне ясно, что бабушка – это та, кто бегает повсюду и говорит гадости о нашем доме».

В конце концов, это всего лишь детская размолвка, – устало подумала Мисао, пока Эйко продолжала свою возмущенную тираду. Чем больше шума поднимут взрослые из-за «инцидента с бросанием песка», тем более неприятным это будет для всех участников, особенно для детей. По мнению Мисао, лучший способ справиться с подобными вещами – это просто отмахнуться от них и отпустить.

В коридоре послышался громкий звук лифта, останавливающегося на восьмом этаже. Мгновение спустя Цутому, подпрыгивая, вошел в дверь квартиры Кано. В одной руке он держал капсюльный пистолет, который был его нынешней любимой игрушкой.

«Ты что, опять ушел и оставил нашу квартиру незапертой?» – обвиняющим тоном спросила Эйко, свирепо глядя на сына. Проигнорировав вопрос, Цутому смущенно улыбнулся и пробормотал:

«Я просто пришел навестить Тамао и ее маму».

«О чем ты говоришь? Почему бы тебе не пойти поиграть на улицу? Мама Тамао сейчас занята».

«Нет, все в порядке», – сказала Мисао. На самом деле все было совсем не так: ее поджимали сроки и ей срочно нужно было вернуться к работе, но она чувствовала себя обязанной проявить гостеприимство по отношению к товарищам своего ребенка по играм.

«Тетушка? – спросила Каори, поворачиваясь к Мисао. – Ничего, если мы поиграем с Тамао?»

«Да, это было бы прекрасно», – ответила Мисао.

Эйко посмотрела на своих детей и сказала тоном, не терпящим возражений:

«Хорошо, но вам, дети, нужно пойти поиграть на свежем воздухе. Нечего болтаться под ногами в чужом доме».

«Мама, можно нам взять с собой Куки?» – спросила Тамао.

«Конечно, но не спускай ее с поводка, – сказала Мисао. – И пока ты будешь играть на улице, обязательно привяжи Куки в безопасном месте».

«Хорошо, мы так и сделаем».

Трое детей гурьбой направились к лифту, Куки устремилась за ними по пятам. Когда двери закрывались, они помахали на прощание своим матерям, которые вышли в коридор проводить их.

«Мне жаль, что мои дети всегда доставляют столько хлопот, – сказала Эйко. – Я имею в виду, что я тоже вторгаюсь в твое рабочее время, но дело в том, что этот сегодняшний инцидент сводит меня с ума. Я так зла, что мне кажется, будто моя кровь буквально кипит, и, честно говоря, я бы не удивилась, если бы у меня из ушей начал выходить пар. Я бы хотела повидать бабушку этого мальчика и высказать ей все, что о ней думаю».