Книга Дом у кладбища, страница 33 – Марико Коикэ

Этот вид напомнил Мисао фотографию, которую она давным-давно видела в каком-то старом журнале, – с общей душевой в разрушенном здании. Фотография была сделана в подвале здания в западном стиле, которое когда-то служило общежитием для одиноких женщин. Краска облупилась на стенах, а дверь в душевую безвольно висела на единственной сломанной петле. Сопла, свисавшие в ряд с потолка, были странно изогнуты, как клювы стаи орлов. Все липкие слои мыла и грязи, которые оседали на кафель, когда легионы женщин давным-давно смывали с себя грязь, скопились до такой степени, что казалось, будто кто-то намазал пол в душевых слоями белоснежной глины.

«Я действительно верю, что дополнительное место для хранения окажется вам удивительно полезным, – сказала Эйко, озорно перенимая возвышенную манеру агента по недвижимости, пытающегося убедить потенциального покупателя. – Что касается самих шкафчиков, я признаю, что они не такие стильные, как хотелось бы, но они достаточно хорошо служат своей цели. Эй, посмотри на это! – воскликнула Эйко, внезапно возвращаясь к своему обычному тону. – Помнишь, я упоминала, что есть компания, офисы которой расположены на втором этаже? Ну, они распространяют здоровую пищу, и, по-видимому, у них переполнен склад, и они хранят свои непроданные запасы прямо здесь. Тебе это не кажется немного бесстыдным?»

Эйко указала на картонные коробки, выстроившиеся в ряд вдоль одной стены. На каждой была напечатанная этикетка с надписью «Health Japan, LLC».

«Что это за здоровая пища?» – спросила Мисао.

«По-видимому, это какие-то высококалорийные протеиновые батончики, которые изначально разрабатывались для космической программы, – объяснила Эйко. – Продавец этой компании действительно подошел к нашей двери и попытался убедить меня купить что-нибудь. Я ему: „Серьезно? Ты должен знать, что это бесполезное занятие – пытаться продавать высококалорийные батончики женщине, которая постоянно сидит на диете“. Честно говоря, я не знаю ни одного человека, который мечтал хотя бы взглянуть на батончик для увеличения веса. Существуют ли такие люди вообще в наши дни?» – Эйко разразилась недоверчивым смехом.

Каори стояла неподалеку, лениво почесывая ржавое крыло брошенного велосипеда, которое кто-то прислонил к одному из неиспользуемых шкафчиков. Повернувшись и сердито посмотрев на дочь, Эйко рявкнула:

«Каори, прекрати!»

Когда ее раздраженный голос отразился от стен, усиленное эхо сделало его почти похожим на рев.

Эйко подошла к шкафчику, на котором был указан номер ее квартиры, 402, и вставила ключ в замок. Раздвижная дверь легко открылась. Внутри с потолка свисала голая лампочка, а на полу громоздились разношерстные стулья, многоразовые пластиковые ящики из-под пива и старый трехколесный велосипед.

«Я слышала, что если поехать в Европу, то можно найти подобные удобства почти в каждом многоквартирном доме. Я думаю, этот подвал – доказательство того, что они и здесь преуспевают», – сказала Эйко, снова закрывая дверь.

Мисао почувствовала внезапный холодный порыв ветра, обвивший ее лодыжки, и невольно вздрогнула. Как здесь может быть ветрено? — подумала она, оглядываясь по сторонам. У нее внезапно возникло ощущение, что бетонные стены надвигаются на нее.

«Мама? – Тамао подошла и вложила свою руку в руку матери. – Теперь мы можем идти домой?»