Книга Тишина, страница 22 – Влада Ольховская

Этим она как раз заниматься не хотела. Глупо? Конечно, она ведь ради проверки и пришла! Но теперь Рина поняла, что не готова узнать правду… Пока она не знает, она еще имеет хоть какое-то право надеяться. А если она увидит, что Илья не мог выжить в этих руинах… если тело его увидит? Трупы должны остаться там, они изуродованы, но разложения на Европе не существует. Рине придется увидеть то, что осталось от мужа — и жить дальше с этим образом.

Если бы речь шла только о научном любопытстве, Рина уже остановилась бы. Но на кону была пусть и призрачная, невероятная возможность помочь мужу… вернуть его! Это меняло все, вынуждая Рину двигаться дальше под грохот собственного сердца.

Впрочем, тот самый главный ответ она получила еще до того, как добралась до жилого модуля.

— Тао, — прошептала она, хотя необходимости шептать не было. — Люка нет… Люк вышибло взрывом.

Она больше ничего не добавила, однако это и не требовалось, они оба знали, что на самом деле значат ее слова. Даже если бы Илья и остальные каким-то чудом пережили взрыв, — что уже невероятно, — спастись они могли только в этом модуле. А для такого он должен был сохранить хоть какую-то герметичность. Он же зиял темнотой за пробитым боком, теперь похожий не на дом, а на склеп… Жизнь это место давно покинула.

И все равно Рина продолжила идти. Если самое страшное уже произошло, какой смысл останавливаться?

Она добралась до модуля, однако у бывшего входа остановилась, нахмурилась. Рина подкорректировала настройки камеры, пытаясь понять, не мерещится ли ей. Нет, все так, как кажется — и как быть точно не может!

Металл оказался сглажен. Она не понимала, почему… Так не должно быть! Взрыв оставляет острый край. А изгиб металла показывал, что взрывная волна вырвалась именно изнутри, тут никакой ошибки нет. Возможно, так повлияли некие особенности пусть и скудной, но все же существующей атмосферы? Вроде как не могли — но кто знает! Или шторма Юпитера?

Хотя нет, тоже не подходит. Если бы на модуль повлияло все это, закругление получилось бы равномерным. Однако Рина быстро разобралась: сглажена только часть металла, в основном нижняя, верхняя по-прежнему острая. Она бы хотела передать это изображение Тао, узнать его мнение, но не могла, на такое сигнала не хватало. Рине оставалось лишь записывать все, что она обнаружила здесь, и двигаться дальше… В могилу двигаться.

Дурацкие слезы теперь застилали глаза, и приходилось часто моргать. Рина злилась сама на себя, злость мешала сдерживать боль… но и помогала. Потому что теперь Рина заставляла себя идти дальше, наказывая за эту слабость. Очень скоро свет фонарей проникнет внутрь, вырвет из мрака то, что годами было тайной Европы… Сможет ли она узнать мужа? Остались ли там целые тела, отдельные — или слились в нечто совсем уж ужасающее?

Рина заставила себя представить каждый из вариантов, каким бы чудовищным он ни был. Ей казалось, что так она подготовит себя ко всему… Но она ошиблась.

— Рина! — позвал Тао. Он назвал ее так, как звал когда-то муж, и это лишь усилило боль. — Не молчи! Что там?

— Ничего, — еле слышно произнесла она.

— Что? Не понял тебя, повтори!

На этот раз она не сдерживалась, она почти крикнула:

— Ничего! Тао, здесь ничего нет!

Зал, разрушенный взрывом, почерневший от пламени, оказался пустым. Тут не было ни целых тел, ни их фрагментов… Вообще ничего! Только копоть, обломки оборудования, да еще что-то странное, похожее на застывший мазут. Рина решила, что перед ней лед, окрашенный гарью, ее вообще не это волновало.