Книга Номер "Ноль", страница 89 – Влада Ольховская

Но это в идеале. Даже без посторонней помощи, они смогут выбраться, если найдут люк. Загвоздка заключалась в том, что стены камеры были покрыты абсолютно одинаковыми пластинами. Сотнями одинаковых пластин. И люк мог быть за любой из них.

Вместо того, чтобы сокрушаться о потерянном времени заранее, Вит вскочил на ноги, подобрал валявшийся рядом обломок металла и начал простукивать стену. Алексис молча наблюдала за ним, но присоединиться не пыталась. Вит не заставлял ее: может, она и хочет казаться непробиваемо сильной, но вряд ли случившееся не повлияло на нее. Поэтому он давал девушке возможность прийти в себя.

Результата пока не было. Хотелось ускориться, меньше внимания уделять каждой плитке, ведь время уходило! Лишь усилием воли Вит заставил себя успокоиться. Не думать о времени, думать о результате, и все получится…

— Ты проиграл пари, ты это заметил?

В нынешней ситуации, напряженной до предела, спокойный голос Алексис казался неуместным. Ей что, все равно, что будет дальше?! Или она, как все Операторы, уверена, что мир обязан ее спасать?

— Не заметил, а даже теперь, когда ты указала, мне плевать!

— Не злись. Я только хотела сказать, что ты все равно можешь задать вопрос.

От неожиданности Вит даже прекратил простукивать стены.

— Что?

— Тот вопрос, что я тебе обещала… Ты можешь задать его. Раз уж мы оказались вместе, на краю смерти, я подумала: почему бы и нет? Абсолютно честный ответ — но только на один вопрос.

Естественно, Вит сразу вспомнил о том, ради чего вообще затеял это. Даниэль Кантор, подставная бомба, трагедия на Юпитере… Вот почему он теперь тут. Вот почему его жизнь в опасности.

Даже одним вопросом можно получить все ответы сразу, если подобрать слова правильно. Вит осознавал это, знал, что нужно спросить… И не стал спрашивать. Точнее, вопрос, который был для него главным, уже изменился.

— Почему ты хотела, чтобы я был здесь? Ведь все решаешь ты. Поэтому меня допустили к этой миссии, поэтому ты хотела, чтобы я сейчас сопровождал тебя. Почему? Я ведь даже не нравлюсь тебе, но все равно все подчиняется твоему желанию.

Она не спешила отвечать, просто смотрела на него, и в этой темноте ее глаза казались бездонными.

— То, что ты сейчас спросил, уже может быть частью ответа, — наконец сказала она. — Ты не прав, говоря, что не нравишься мне. Я просто не испытываю к тебе никаких эмоций, как и ко всем остальным. Я чувствую, как часть меня умирает. Я не знаю, почему, и не знаю, как это остановить. Но встретив тебя, я вдруг подумала, что ты можешь повернуть все вспять.

— Я не понимаю…

— Посмотри на меня… Моей жизни, как и твоей, угрожает опасность. Через несколько часов я, быть может, погибну в страшных мучениях, и из-за меня будешь обречен ты. А мне все равно! Я не чувствую даже такой базовой, знакомой всем людям эмоции, как страх.

Она не бравировала этим и не пыталась обмануть его. Сколько бы Вит ни всматривался в ее глаза, он видел лишь равнодушие. По идее, ему следовало завидовать сейчас, потому что сам он от страха избавиться не мог, мог лишь заглушить это чувство.

А зависти все равно не было. Потому что ничего страшнее этой пустоты он не видел. Вроде живой человек — но вместе с тем просто предмет, лишенный души.

Он не замечал этого раньше… потому что не хотел замечать, не думал, что это важно.