Книга Первая сказка на ночь, страница 56 – Влада Ольховская

Когда Тесса начала стягивать с себя грязную рубашку, о себе решил напомнить Горе:

— Чем ты занимаешься?

— А что, с твоей стороны стекла плохо видно? Раздеваюсь.

— Не подумай, что я имею что-то против обнаженных девушек, но… разве ты не должна помогать этой, как ее… бабенке этой?

— Она и без меня прекрасно справляется. Горе, я в своей жизни к бане не подходила ближе чем на десять шагов. Я понятия не имею, как ее растапливать, куда лить эту воду. К тому же, я и так занята общественно полезным делом.

— Да неужели?

— Конечно. Поверь мне, если я не вымоюсь, то начну, прости за подробности, вонять не меньше того дедули. Тебе-то ничего, а вот общество страдает.

— Да ты в этот ручей полностью не влезешь.

— Да? Наблюдай.

Тесса не была уверена, будет он смотреть или нет; ее это не интересовало. Поэтому она не стала закрывать бутылку, предоставив ему свободу выбора.

Она порылась в сумке и наконец нашла пузырек с мыльной жидкостью, позаимствованный из замка Кощея. Использовать его полностью за один раз было жалко, но только так она могла избавиться от грязи, которая, казалось, въелась в ее кожу. Да и потом, неизвестно, что ждет ее дальше, так что и в строгой экономии необходимости нет.

Вода оказалась холодной, но не ледяной, и уже этого было достаточно. Можно было бы пробраться в баньку раньше старика, но у Тессы не было никакого желания находиться там. Еще неизвестно, как эта банька выглядит изнутри… Да и вообще, сколько раз ее протапливали на человеческих костях?

Пока она избавлялась от грязи, Настынька еще раза три приходила к ручью. Она набирала воду выше по течению и с укоризной смотрела на Тессу, но ничего не говорила. Когда она перестала появляться, Тесса поняла, что путь свободен. Она быстро выбралась из воды и начала вытираться старой рубашкой.

— Судя по решительности твоих действий, у тебя есть какой-то план, — сказал Горе.

Голос его звучал странно сдавленным, но Тесса решила не заострять на этом внимание.

— Есть.

Она достала из сумки чистую рубашку, пожалела, что не захватила в замке вторые брюки и сапоги. Тогда ей казалось, что они будут лишним грузом.

Связав мокрые волосы кожаной ленточкой, она отправилась к избе. На этот раз дорога была относительно знакомой, и девушке удалось обойти болотистые участки. До жилища отшельника она добралась почти чистой.

Дверь в избу была распахнула, а со стороны бани слышались голоса. Видимо, Настынька уже занялась делом. На это Тесса и надеялась.

Благодаря открытой двери комната частично проветрилась, дышать там стало легче. Тесса поставила бутылку на полузаваленный стол и постучала пальцем по стеклу.

— Не дразните рыбок, они от стука нервничают, — тут же откликнулся Горе. Сдавленность уже исчезла из его голоса. — Чего тебе от меня еще надо?

— Сущая мелочь: скажи, что из этого хлама мне пригодится.

— Собираешься обокрасть немощного старика?

— Я не говорила, что буду что-то брать. Давай быстрее, он скоро вернется.

— Ладно, не жужжи!

Бутылка полыхнула ярким светом, залившим на мгновение всю комнату и ослепившим девушку. Когда глаза Тессы снова привыкли к полумраку, у Горя уже был ответ:

— По большому счету, все это хлам. А вон там, на печке, неплохая штука… Видишь, блюдце с яблоком?

Тесса приблизилась к печке и скоро поняла, что он имеет в виду. С мусором, грибами и плесенью соседствовало белоснежное фарфоровое блюдце. На нем лежало маленькое румяное яблочко, казавшееся совсем неуместным в этой комнате.