Книга Цвет из иных времен, страница 80 – Майкл Ши

Обратно он мчал, как и пара других машин на Редвуд-стрит, визжа и вихляя по дороге. Шины превратились в губку, дело шло к катастрофе. Кен пролетал мимо виноградников, пастбищ, трейлерных парков, загородных домов с захламленными участками. Все крыши из асфальтовой черепицы заросли тонким грибковым покрытием, превратившись в белые лужайки с суровыми, футуристичными деревьями-антеннами. Облепленные пушком садовые шланги лежали на траве во дворах, как пернатые змеи. Подбитые бледным мехом оконные рамы озадачили Кена, но тут он вспомнил, что в состав почти всех герметиков входят углеводородные мономеры. На одном крыльце он заприметил вздрагивающий, пушистый комок – в нем едва можно было узнать собаку; она лежала на спине и месила лапами воздух, с трудом дыша.

Заднее левое колесо задымилось, осело и начало раскачиваться. Он ударил по тормозам – колеса замерли, задний бампер «маверика» вильнул вбок; машина вылетела на обочину, угодила кузовом в дождевую канаву, и лопнуло правое колесо. Взбешенный Кен вылез из кабины, прижимая к себе сумку, пробежался по спорообразующему покрову и перепрыгнул канаву. Оказался он по щиколотку в чудесной, живой, землистой траве – и одной ногой в коровьей лепешке. Прорычав ругательства, отыскал на земле камень и тщетно запустил в машину; переднее правое колесо всхлипнуло, размякнув. Кен открыл банку пива и спешно зашагал на север, не желая слышать, как сгинет последнее колесо. Он пролезал через проволоку, деревянные заборы, на цыпочках перебегал шоссе там, где одну из обочин занимали заросшие ягодами ручьи. Мир вокруг словно стал безграничным – как это бывает, когда покидаешь вышедший из строя автомобиль, – грандиозное, утомительное пространство, отнимающее кучу времени, в котором приходится часами ковылять целые акры, чтобы достичь цели.

— Припасов надо было взять побольше, – пробормотал Кен. Он покрепче ухватился за сумку и проклял тяжелые банки тушенки.

Дейл не сдвинулся с места с момента его ухода – так и смотрел выпуски новостей, разве что сидел чуть прямее.

— Энзимные пятна, Кенни! Словно внезапная пищеварительная атака. Сколько там, почти девять? Гляди!

— Боже! Это на сто первой, к северу от Новато?

— Ага! Где как раз пробки на юг и начинаются. Думаю, час пик спасет много жизней. Уже никто не носится после появления грибка.

Они наблюдали за пересечением автострад, снимаемых с вертолета: машины, направлявшиеся в Сан-Франциско, пытались влиться в ползущую пробку длиной в двадцать миль. В образовавшемся заторе авто двигались с меньшей чем обычно скоростью, хотя в целом водителям удавалось осторожно объехать захватчика, встретившегося на пути. И хоть они сбросили скорость, энзимные выделения резко увеличились, и шины блестели, разжижаясь за мгновения. Водители безуспешно выжимали тормоза. Едва ли не самозабвенно – а где-то и с утонченным, балетным полуоборотом – автомобили врезались в замыкающий бампер ползущей группы.

Неподвижная пробка растянулась по равнине на двадцать миль; тут и там по петляющему, словно река, автомобильному пазлу к небу поднимались клубы дыма. К югу от безумной, перегруженной мешанины чуть более упорядоченно выстроилась брошенная армада – однако и там виднелись хромированные бока с помятыми углами, пара спорткаров, ехавших впритык, и оттого сварившихся в одно целое после столкновения, а также фуры, сложившиеся пополам поверх невезучих импортных авто. Осколки раздробленных многослойных стекол, будто рассыпанный сахар, украшали драгоценным блеском ворсистый покров, лобковую влажность плесени.