Книга Скала и ручей, страница 84 – Татьяна Николаева

— Потому что всегда легче отпустить веревку, чем карабкаться по ней наверх, — серьезно сказал Ринат. Тамара вздохнула и вытерла рукой сухие блестящие глаза.

— Легче, — согласилась она. — Но лишь ненадолго.

— Тебе интересно, что там, наверху? — Ринат улыбнулся против воли.

— Небо?

— Не знаю. Небо — это в любом случае не предел. Предел — это только то, во что ты веришь.

— Во внешнем мире у меня никого не осталось, — негромко проговорила Тамара, отвернувшись к окну и зябко обхватив себя руками за хрупкие плечи. — У тебя, впрочем, тоже. Мы можем держаться друг друга. А можем снова разбежаться и дальше убеждать себя в том, что так проще, а по ночам грызть кулак и подушку от боли. Пусть мне будет больно, страшно, пусть я не дойду до конца, но я хочу пройти этот путь с тобой. И даже если ты думаешь, что я тебе не нужна, просто знай, что ты нужен мне. Без чувств, без души, без всего этого… любой.

Вместо ответа Ринат положил одну ладонь ей на шею, мягко притянул к себе. Ее руки доверчиво скользнули на его пояс, обняли под расстегнутой рубашкой. Легкий укол ресниц был сухим и горячим, но голос ее дрожал — то ли старательно сдерживаемых слез, то ли от избытка чувств. Уткнувшись ему в грудь, она наконец не сдержалась и всхлипнула, и он тут же провел рукой по ее мягким шоколадным волосам, словно приглушая тихие, сдавленные всхлипы.

— Хорошо. Пойдем вместе, — успокаивающе сказал он, задумчиво глядя поверх ее головы в окно. В дом только что зашла Элина… или Милана, разгоряченная и отчего-то особенно веселая. — Попробуем еще раз. Зная, куда идти, не заплутаешь в темноте.

Над ключицей, там, где заканчивался ворот легкого лонгслива, он почувствовал сухой и теплый поцелуй. Зарылся носом в ее волосы, глубоко вдохнул, словно надеясь уловить аромат шоколада от такого же цвета, но уловил лишь ее запах ванили, до боли знакомый и совсем не изменившийся.

Тамара отстранилась сама и принялась собирать рюкзак. Вещей у нее было ровно столько, будто она планировала остаться на маршрут сразу, еще не обсуждая этого с мужем: хорошее спортивное термобелье, две запасных флиски, легкие беговые кроссовки, собственная горелка с джетбойлом и разные мелочи, полезные на маршруте и разбросанные по разным мелким сумкам и карманам: фонарь, батарейки, складной нож, экранное одеяло.

— Можешь не спешить, — заметил Ринат. — Сегодня выйдем в ночь. Нима показал мне короткую дорогу. Будет удобно пройти километра три-четыре и заночевать под перевалом.

— Нима — твой друг? — неожиданно спросила Тамара, отвлекшись от вещей.

— В каком смысле?

— Ты ему доверяешь?

Ринат смущенно пожал плечами. В своем мире, суровом и замкнутом, ограниченном рациональностью мышления и выводами, он вообще не привык никому доверять, но в горах бывали и исключения. Среди местных жителей, горцев, шаманов, ювелиров и носильщиков, были те, кто знал о нем немного больше, и те, кто иногда готов был отложить свои дела, чтобы помочь ему.

— Я знаю, что он не выдаст наш маршрут, даже если ему за это заплатят, — сдержанно сказал Ринат. — Если ты об этом.

— В целом, да. Пока достаточно и этого.

С этими словами Тамара снова вернулась к вещам, а он распустил шнурки на ботинках и прилег, с наслаждением вытянув ноги. После долгого пути и ночевок в палатке так приятно было почувствовать себя как дома — даже комната, которую ему предложил пхади, отдаленно напоминала его жилище в Аршате.