Книга Личный враг императора, страница 65 – Василий Сахаров

— Хватит! – Веденеев слегка ударил по столу ладонью. – Хочешь, чтобы я признал свою вину? Изволь. Я виноват. Приношу извинения. А теперь давай говорить конкретно.

— Ну, хорошо, – согласился Хортов, слегка повел затекшей шеей и мужчины начали серьезный разговор.

Спустя полчаса очнулись гвардейцы и слуги, которых усыпил один из артефактов Хортова. Однако с центрального поста охраны, где засели лучшие бойцы личного отряда Максима Петровича, поступил категоричный приказ тревогу не поднимать. Поэтому в Карабановском дворце продолжала царить тишина, но приближенные слуги императора и его телохранители все-таки заглянули в помещение, где проводились переговоры, и тут же были посланы куда подальше.

Все закончилось в семь часов утра. Высокие договаривающиеся стороны ударили по рукам и разошлись.

Веденеев, разумеется, остался во дворце и немедленно отправился к проснувшейся Юленьке Борзенковой, которая, как выяснилось, урожденная Поляницкая и выполняла приказы своего дяди. Ну а Максим Петрович Хортов со своими людьми убыл на машинах императорского кортежа с мигалками и сиренами в сторону ближайшего аэродрома.

О том, что конфликт с императорским родом прекращается, в клане узнали сразу, как только Максим Петрович покинул Карабановский дворец. Он позвонил из машины и приказал немедленно прекратить все подрывные и диверсионные операции, включая информационные, которые направлены против Рюриковичей. Хм! Надо же, император и его семья в один момент перестали быть для нас самозванцами. Вот ведь как случается. Еще вчера мы были лютыми врагами и готовились к гражданской войне на уничтожение, а сегодня Хортовы снова верноподданные дворяне Его Императорского Величества Самодержца Российского. И это называется политика, чтоб ее, пропади она пропадом.

Я узнал новости одним из первых от деда Федора, который не посчитал ниже своего достоинства лично мне позвонить и об этом сообщить. А я… Ну а что я? В этот день у меня по плану занятия на полигоне и, решив пока не забивать голову лишними мыслями, я прибыл к Фоксу, доложил о готовности и приступил к тренировкам под его чутким руководством. Все упражнения давно знакомы. Поэтому, бегая по полосе препятствий, стреляя из различных видов оружия, метая ножи и вступая в учебные схватки с лучшими бойцами клана, я делал, что должен, на автомате. Без огонька, не прилагая сверхусилий. И Фокс это заметил, отчитал меня, как мальчишку, кем я для него, в общем-то, и являлся, а затем заявил, что все равно заставит меня выкладываться на двести процентов. На что я только покивал и не стал с ним спорить. Ведь это бесполезно и лишь еще сильнее его распалит. А когда Фокс закончил, я пошел в душ.

Водные процедуры помогли прийти в себя после тренинга, и я отправился на обед. Вот только до своего дома не добрался. Очередной звонок, в этот раз от отца, и приказ немедленно явиться на Совет клана, который уже начинается в Форте.

Чертыхнувшись, я поспешил в наш укрепрайон. Когда добрался, гвардейцы подсказали, куда идти, и я спустился в Оперативный зал на первом подземном уровне, где проводились лекции для личного состава клановой дружины, а командиры подразделений проходили инструктаж перед проведением боевых операций. Все скромно и функционально. Есть небольшая трибуна и ряды с креслами, которые сейчас занимали мои кровные родственники в количестве пятидесяти человек. Впереди старшее поколение, взрослые дети патриарха, а за ними младшие, то есть внуки и правнуки, которые уже доказали свою самостоятельность.