Книга Компания «Охотники на монстров», страница 167 – Ларри Коррейя

Ничего не произошло.

Я ощущал пальцем холодок металла, но рука не слушалась. Сосредоточился, пытаясь заставить себя надавить сильнее… и почувствовал, как железная воля вампирши подавляет мою, ввинчивается в разум. Тварь подошла вплотную к дробовику, ткнула ствол себе между грудей, над сердцем. Но я не мог выстрелить. Не мог даже пошевелиться. Словно окаменел.

— Ты сильный, – заметила она, – но человеческая воля ничто против моей.

Она провела острым ногтем под моим глазом, и кожа лопнула, на щеку хлынула кровь. Что-то темное пыталось пробиться в мое сознание жестокими, мощными ударами.

— Расскажи, как ты смог меня ранить? Как ты смог меня обжечь? Ничто не способно причинить боль Хозяину, но ты как-то справился.

Я попытался одновременно заговорить и покрепче сжать челюсти. Внутри моего черепа шла настоящая бойня не на жизнь, а на смерть, такого я еще не испытывал. Темная сила давила, теснила, и, что хуже всего, в таких замесах у меня боевого опыта не было.

— Расскажи мне свою тайну, охотник. Расскажи, и я сделаю тебе подарок. Я могу читать твои мысли, вижу, чего ты так желаешь. – Она соблазнительно улыбнулась. – Выдай мне свои секреты, перейди на мою сторону, и я отдам тебе свою дочь. Она станет твоей навсегда!

Сплошная чернота встала перед глазами, я чувствовал, как воля твари пускает корни в мой разум, и не мог ее остановить. Я просто не знал, как бороться с силой, у которой и тела-то нет. Боль от головы пошла вниз по парализованному позвоночнику, обжигая агонией каждый нерв. Я боролся. Не знаю как, но боролся.

— Охотник, твоя воля сильнее, чем у любого смертного, которого я встречала. Ты станешь повелителю Мачадо прекрасным слугой.

Я в ужасе смотрел, как лезут из ее рта клыки, и прекрасно понимал, что будет дальше: она раздерет меня, высосет всю кровь. А потом бросит умирать, чтобы я поднялся безмозглой нежитью. Или зальет в глотку своей крови, чтобы я стал таким же мерзким чудовищем, как эта вампирша.

Выхода я не видел. Но продолжал бороться.

Малшик. Дай помогу, – раздался вдруг в моей голове успокаивающий голос Старика. Что-то вклинилось во внутренний бой, и тьма остановилась сперва… а потом ее и вовсе выпихнуло из моей головы. Я с облегчением выдохнул, почувствовав, что снова могу двигаться.

Клыки Сьюзан замерли в сантиметре от моего горла.

— Как…

Зверюга рявкнула, всадив унцию серебра в ее черное сердце. Вампирша удивленно отшатнулась. Я почувствовал, как Старик покидает мой разум и вторгается в ее голову.

— Хочешь мой секрет? – БАХ. БАХ. Я дважды выстрелил ей в лицо. – Правда хочешь знать? – БАХ. БАХ. В горло. В челюсть. – Нет у меня секрета…

БАХ. Пуля прошла через ее мозг так, что тварь отбросило.

— Я просто ненавижу монстров!

ЩЕЛК – серебряный штык встал на место.

— Так что отправляйся в ад… – Я глубоко воткнул в ее тело широкий клинок и потянулся за ножом. – И сдохни там…

ЧВАК. Ганга рам вошел ей в горло, конец уткнулся в твердый хребет. Черная жижа и красная кровь хлынули из раны.

— …Злобная сука!

Я рванул нож из раны.

Вампирша схватилась за мой дробовик и, выдернув штык из тела, отбросила. Проблема в том, что Зверюга все еще висела на мне, так что меня мотнуло вместе с ней. Прокатившись по полу, я кое-как затормозил возле Рэя Шэклфорда. Большой красный отпечаток губ у него на лбу выглядел бы комично, не окажись ситуация такой серьезной.