Книга Ключ к древнему пророчеству, страница 117 – Евгений Фронтикович Гаглоев

Пару минут спустя дверь камеры снова открылась, и Дарина и Рекс увидели перед собой довольного кота.

— Я, как всегда, появился вовремя, – заявил Акаций. – Старикашка споткнулся об меня и врезался лбом в стену. Кажется, он потерял сознание.

— Откуда ты здесь взялся? – изумленно спросил Рекс.

— Предводитель Андерсон попросил меня присмотреть за вами, – хихикнул кот. – Все наши отправились на склады имперских боеприпасов, а я следил за тобой и этим мерзким толстяком. Так и ждал от него какого-нибудь подвоха!

Девочка обняла Акация.

— Как я рада, что ты мой друг! – воскликнула она.

— Почаще напоминай себе об этом, – ухмыльнулся кот. – А теперь втащите его в камеру, давайте запрем его здесь. Пусть сам посидит в тюрьме, если так любит отправлять сюда других!

Дарина и Рекс взяли бесчувственного барона Эхо за руки и за ноги и не без труда втащили в камеру. Затем Акаций захлопнул дверь и повернул ключ в замке.

— Ну а теперь надо выбираться отсюда, – сказал кот. – Наши уже наверняка устроили хороший переполох на военных складах. Сейчас весь дворец на уши встанет!

— Только сначала отопрем все двери в этой тюрьме, – предложил Рекс. – Пусть арестованные выходят на свободу. Здесь сидят те, кто не побоялся выступить против Всевелдора, а значит, эти люди заодно с нами.

С этими словами юноша схватил связку ключей и начал одну за другой отпирать камеры подземной тюрьмы.

Староста Белой Гривы Апраксий Гвидон чинно вышагивал по дворцовой площади столицы, направляясь к императорскому дворцу. Супруга Бина и дочка Кризельда сопровождали его, вежливо кивая каждому встречному. Все они ощущали себя очень важными особами.

Ради такого случая староста нарядился во фрак ядовито-зеленого цвета и такой же цилиндр. Его спутницы облачились в пышные розовые платья и нарядные шляпки, украшенные цветами. Семейство прибыло в столицу пару дней назад и остановилось в самой дорогой гостинице города.

— Мы тоже не нищие и можем себе это позволить! – заявил староста жене.

Бина спала и видела, как их дочурку Кризельду пригласят ко двору и сделают фрейлиной Лионеллы. Поэтому все три дня перед парадом они с дочкой провели в салоне красоты, прихорашиваясь и делая себе модные прически.

Однако Кризельда вовсе не хотела становиться фрейлиной.

— Тоска! – заявила она, со скучающим видом оглядываясь по сторонам. – Был бы здесь мой любимый, мне сразу стало бы куда веселее.

— Все еще не забыла своего остроухого? – проворчала Бина. – Погоди, придем во дворец, найдешь себе другого красавчика из богатеньких.

— Они все ни на что не годные маменькины сынки, – надула губы Кризельда. – Что мне с ними делать? Такие даже в огороде не смогут толком работать.

Вся семья поравнялась с лотком горячих сосисок.

— Купите мне лучше пожевать чего-нибудь, – потребовала девица. – А то еще похудею, не ровен час.

— После военного парада во дворце состоится праздничный обед, – напомнила дочери Бина.

— Когда это еще будет? Через полдня! Я что, с голоду должна помереть? – разозлилась Кризельда Гвидон. – Притащили меня в столицу, так уж будьте добры, кормите. А не то устрою скандал!

Пришлось старосте купить ей большой кулек горячих сосисок в тесте. А пока они стояли в очереди к лотку, праздничный залп дворцовых пушек возвестил о начале праздника.