Книга Вечные Пески. Том 1 и 2, страница 237 – Лео Сухов

Мы с Тавром вышли из очереди и отправились наперерез. Сзади подтянулось ещё несколько наёмников из других триосмий. Все мы молча встали на пути здоровяков.

При виде наших морд, орудия и доспехов эти наглецы скисли. Больше попыток влезть за едой без очереди не было. Даже новые группы ополченцев, подходя, дисциплинированно вставали в хвост. Благословенный порядок установился сам собой.

Я тоже получил миску каши: жидковатой, но горячей, с кусочками жира и мяса. Когда присел с ней за один из столов, рядом пристроились Тавр и Гвел. За этим же столом и за соседним расселись ополченцы из наших двух триосмий.

— Хорошо, — выдохнул Тавр, когда миска показала дно. — Теперь бы поспать!..

— Поспим, — кивнул я.

— Мы будем спать на этих лежанках? — недоверчиво уточнил Гвел.

Жизнь его явно не готовила к настолько сомнительным удобствам. Парень взбледнул чуть ли не сильнее, чем ночью, когда мы отражали атаку демонов.

— Я бы и на камнях поспал после такой ночи, — дипломатично ответил я.

Дальше мы не говорили — мы ели. И не только мы. В какой-то момент в казарме умолкли все досужие разговоры. Слышен был лишь частый стук ложек о глиняные миски. И вскоре первые, кто уговорил свою порцию, потянулись обратно к раздаче. Один из тамошних работников уже выкатил бочку, быстро омывая над ней же грязную посуду.

Впрочем, сильно мыть не приходилось. После ночного боя все старательно выскребали остатки еды из мисок куском лепёшки. И не было здесь никого, кто бы не дожевал свою порцию.

Я дождался, пока все мои поедят и устроятся. А потом нашёл свободную койку в углу, скинул пояс с топором, положил его под голову вместо подушки, и закрыл глаза.

Сон пришёл сразу — тяжёлый, чёрный, без сновидений.

Проснулся я от духоты. Жара набрала полную силу. Значит, уже полдень, если не позже.

Привстав, я глянул на соседние койки. Остальные по-прежнему спали. Я прикинул, что отдохнул гонгов пять-шесть. До вечера оставалось время. И я решил заняться делами. Для начала сел и потянулся, хрустнув шеей. Тело ломило после сна в доспехе на лежанке. Но я быстро разогнал кровь короткой разминкой.

— Тавр, — позвал я негромко. — Тавр, проснись.

Здоровяк заворочался и приоткрыл один глаз:

— Что? Выступаем? Демоны?

— Нет. Нет пока никаких демонов. Спи. Я отлучусь ненадолго. Присмотришь тут?

Тавр сел, потёр лицо ладонями:

— Давай. А ты куда, Ишер?

— Дела есть, — уклончиво ответил я. — Через пару гонгов вернусь.

— Давай, — Тавр зевнул, прикрывая рот. — Я пока тут порядок постерегу…

Он снова завалился на лежанку. И уснул, кажется, раньше, чем договорил. Я усмехнулся. Ладно, если что случится, Тавр сразу вскочит от шума. Решив, что бояться за своих нечего, я поднялся и нацепил перевязь с топором. Ополченцы на соседних койках даже не пошевелились. Бедняги, непривыкшие к прогулкам под носом у смерти, спали мёртвым сном. Только один, Тихап, бдительно приоткрыл глаза, но, глянув на меня, успокоился и снова закрыл.

У выхода из казармы стояли всё те же стражники. Узнав меня, они с неподдельным уважением кивнули. Я ответил им коротким кивком и вышел на улицу.

А там сразу же прищурился от яркого солнца. Пришлось чуть постоять, привыкая к свету.

Вдалеке, над Глиняным кругом, поднимались столбы дыма. Это догорали погребальные костры у стены. Запах «порошка Солнца» плыл по городу, смешиваясь с обычными запахами Кирпичного круга.