Книга Вечные Пески. Том 3, страница 68 – Лео Сухов

Я заметил что-то странное. Отошёл чуть в сторону. Прищурился, наблюдая в одну из пробоин за происходящим.

— Смотри, — кивнул я Ихону в нужную сторону.

В зелёном свете было видно, как из чёрного песка, оставшегося от убитых, прямо на глазах формируются новые фигуры. Сначала бесформенный холмик, затем — очертания рук, головы… И вот уже очередной безликий воин встаёт в строй.

— Бесполезно, — констатировал Ихон. — Их что убивай, что не убивай… Есть от этого хоть какая-то польза?

— Создание демона вот так — это затраты энергии, — ответил я. — Большие затраты. Впрочем… Мне кажется, к нам пригнали новый тотем. Вот орда и напирает.

Новый удар сотряс двери. В правой створке появилась очередная трещина, тонкая, как волос, зато длинная. И с каждым последующим ударом она всё больше росла.

Бой продолжался. Люди сменяли друг друга, били копьями, рубили мечами и топорами. Лучники пускали стрелу за стрелой, рвали тетивы, меняли — снова стреляли.

Двери во дворец медленно превращались в решето. Через пару гонгов дыр было уже столько, что строй попятился назад, чтобы конечности демонов, лезущие внутрь, не цепляли когтями.

Створки начали прогибаться внутрь. Засовы трещали, намекая на свой скорый конец. Я уже хотел предложить сотнику отходить. Опытный Ихон опередил меня буквально на удар сердца.

— Готовимся к отходу! — рявкнул он. — Все к дверям из внутреннего дворика! Кроме осмий, что прямо сейчас на острие! Живо! Живо! Пока двери ещё держатся!

Моя триосмия пока отдыхала. Я махнул рукой бойцам, чтобы поспешили на позиции. Со второго этажа скатились по лестнице лучники и тут же отошли в глубину здания. Следом затопотали ногами другие бойцы.

Трещина в дверях расширялась. Сквозь неё пробивался тусклый свет шариков. В нём мелькали уродливые тени, бесновавшиеся снаружи. Единственный оставшийся в живых качург бил в одно место. В ту самую трещину. Упорно, целенаправленно, как кузнецы по наковальне.

Мы успели пройти половину следующего зала в анфиладе, когда одна из створок с оглушительным скрежетом прогнулась внутрь. Петли, державшиеся на честном слове ещё с прошлой ночи, не выстояли. Тяжёлые двери рухнули, подняв на прощание с каменного пола тучу пыли.

Грохнуло так, что уши заложило. Звук был, будто рухнула стена. Гул прокатился по каменным коридорам. Следом за ним раздался дикий, нечеловеческий вой. Торжествующий, голодный.

А потом — крики. Много криков. Наши.

— Твою ж… — выдохнул я, обернувшись.

— Что там происходит? — Аримир побледнел.

— За мной! Все за мной! Триосмия, ко мне! — прокричал я, бросаясь обратно в зал с выбитыми дверями.

Сзади грохотали сапоги. Мои люди, не раздумывая, неслись следом. Я слышал тяжёлое дыхание бойцов за спиной, сдавленные ругательства осмов.

Второй зал. Первый. Я остановился, оценивая обстановку. На месте дверей зиял огромный пролом, в котором клубилась пыль. Из этой пыли уже выплёскивало новую волну демонов.

Дуары шли ровными рядами, как на параде. Чёрные доспехи из псевдоплоти, алые глаза, щиты и мечи. По флангам вдоль стен заходили исаи — премерзкие порождения Дикого Шёпота.

Я узнал их сразу. Человеческие скелеты, так плотно оплетённые жгутами псевдоплоти, что кости не просвечивали. Руки заканчивались не ладонями — двумя чёрными саблями каждая. Кривыми, как лунный серп, с зазубринами на острых лезвиях.