Книга Вечные Пески. Том 5, страница 88 – Лео Сухов

Караван замер, ощетинившись копьями и мечами. Я прикрыл глаза, слушая Дикий Шёпот и подбирая звуки. И когда в ближайших густых посадках вдоль дороги захлопали тетивы, а в воздух взвилось множество стрел, понял, что не ошибся.

Над караваном, почти одновременно, взметнулись два купола из ветра и песка. Я и Ферт подняли защиту, прикрывая людей от стрел — и у нас получилось. Когда смертоносные подарки посыпались сверху, они сначала проходили один слой защиты, замедляясь, потом через второй — сбиваясь с траектории, и лишь затем падали вниз, растеряв половину убойной силы.

Мирные жители Стража, у кого оружия не было, с криками бросились под телеги. Те, кого мы успели обучить, подняли щиты. То же сделали илосцы, приозёрцы и кочевники. И весь залп противников пропал впустую.

Упавшие стрелы быстро подбирали и передавали кочевникам. Те тоже хотели пострелять, но без отдельного приказа не стали. За полгода удалось вдолбить в них дисциплину.

За первым залпом последовал второй, третий, четвёртый. Стрелы летели с двух сторон, и это подсказывало, что на нас устроили засаду, в которую мы и вляпались. Я вспомнил селения, мимо которых проходил наш караван — и в некоторых из них явно кто-то жил. Вспомнил и усмехнулся. Скорее всего, нынче вся округа собралась здесь по наши души.

Судя по количеству стрел, не меньше двух-трёх тысяч человек. И всё это множество сейчас натягивало луки, чтобы нас быстренько изничтожить. Расчёт был, к сожалению, верный. Если так стрелять, можно за короткий срок нанести много урона даже большому войску.

А вот наши купола защиты стали новостью для нападающих. К такому их жизнь не готовила. И они далеко не сразу поняли, что вся их стрельба не наносит ущерба. Тут, конечно, свою роль сыграла не только растерянность, но и то, что купола были непрозрачные. Разгляди там за пеленой пыли, что у нас вообще происходит…

Наконец, стрелы лететь перестали. Мы с Фертом сняли защиту, перестав шептать. Висевший в воздухе песок и пыль опустились облаком на землю, заставив многих воинов кашлять и утирать слёзы. А когда пыль осела, я услышал крик со стороны зарослей слева.

— Сдавайтесь давайте! А то всех перестреляем! — голос, правда, звучал не слишком уверенно.

Видимо, фразу готовили загодя. А теперь использовали заготовку, но понимали, что как-то не к месту.

— Да ты хоть кого-нибудь пристрели, придурок жопорукий! — отозвался хохочущий Ситранис. — Перестреляет он!..

— Вы кто такие? — с интересом крикнул я.

— А тебе какое дело? — удивился голос. — Вы это… Сдавайтесь и отдавайте груз!

Ответом было грустное блеяние одного из танаков, которые были укрыты за переханами и у них под брюхами.

— А давайте лучше, вы сдадитесь! — предложил я. — И тогда нам не придётся гнаться за вами. Убивать там… Допрашивать… Время терять…

— Да пошёл ты! — расстроился голос.

Я принялся шептать себе под нос, выдавливая из горла противоестественные звуки. И как раз вовремя. Снова в зарослях захлопали тетивы, снова в воздух поднялась туча стрел.

И снова на их пути поднялись два купола из песка и пыли.

На сей раз за нас взялись всерьёз, стреляли хорошо и много. Стрелы, которые летели прямой наводкой, в такой ситуации были самыми безопасными, потому что сбивались в полёте и чаще прилетали плашмя по щитам. А вот стрелы, пущенные навесом — эти успевали в падении выправиться остриём вперёд.