Книга Дети Владыки. Книга 2, страница 1 – Виталий Конторщиков

Мамочка родная! Что ж я маленьким не сдох. Где это я? Боже ты ж мой, почему так раскалывается голова? Так же не должно быть. Я же Сверх, и всё такое, откуда эта боль?

Отчётливое зрение заменяло мутное пятно, да и губы отказывались разлипаться. С трудом подняв «чужую» руку, провёл ладошкой по лицу. Пальцы зацепились за какую-то коросту вокруг глаз, губ и вообще всего. Складывалось ощущение, что вся моя морда лица была покрыта засохшей грязью.

— О, живой, подишь-ты. Стой, не шевелись, щас мы всё это протрём, и снова протрём.

По лицу стала елозить влажная тряпка. Усердно проникая в разные места, она чувствительно отрывала от кожи вот это вот всё.

— Да не дёргайся ты, руку убери, а лучше вообще замри.

А вот голос я узнал почему-то сразу. Правда, он тоже попадал в голову словно сквозь пробку. Собственно, почему «словно»? Она и есть, судя по явному его улучшению после ковыряния в моём ухе пальчиком, маленьким и женским, вернее, девичьим.

Сложнее всего дело обстояло с глазами. Ресницы никак не хотели разлепляться, но она справилась, а я понял, что мне срочно надо встать и нормально умыться.

— Гекахт… Гахль, всё, хватит. Спасибо за помощь, конечно, но где я?

Свой голос я не узнал, да и не речь это была вовсе, какое-то хриплое, судорожное карканье.

Тело упорно не хотело принимать вертикальное положение. Нет, это уже полная хрень какая-то, мелькнула паническая мысль. Перестав тревожить глаза, я «заглянул» в себя.

Да уж…

Что кровь, что эфир носились по телу как угорелые. Сквозь кожные поры постоянно сочились выделения, и розами совсем не благоухали. Сердце выбивало чечётку, а мозг горел огнём, пытаясь вытолкнуть из себя какую-то гадость.

Пля, это чего я там вчера такого сожрал? Даже эта простая мысль вызвала затруднения. Память упорно не желала раскрывать мне свои тайны.

Нет, надо срочно принять душ. Начинать своё восстановление начинать необходимо именно с этого.

— Гахль? Тут есть где-нибудь душ?

— Ага, вообще-то вода здесь в дефиците, но для нас расстарались на целую ванну. Давай поднимайся, щас отведу.

Колыхнулся мир, вызвав очередной острый укол в мозг. Маленькая, но сильная ручка практически держала меня… так за ноги, ноги нормально идти не хотели. Но постепенно я научился их забрасывать вперёд. Зрение постепенно возвращалось, и мне стало понятно, что мы двигаемся вверх, то есть поднимаемся по лестнице. Обычной такой, из камня. А дальше меня втолкнули в комнату с паром, правда, странно сухим, как в финской бане, да и температура была так себе.

— Тебе… может надо… помочь?

Странно, сейчас мне показалось в этом голосе явное смущение. Ах, ну да, конечно, мне же надо раздеться, вот только где душ? Покрутив больной головой, я заметил только каменную чашу круглой формы, а в ней воду. Вот туда я сразу и направился. Бортиков не было, и я смело занёс ногу над краем…

— Куда ты в одежде-то, давай раздевайся.

В меня вцепились девичьи ладошки. Вот только первый же рывок кожаного доспеха вызвал болевые ощущения на моей коже, серьёзные такие. Заторможенно я сообразил, что сейчас я и вся одежда представляем из себя единое целое, а тут был только один известный вариант — это исправить. Больше не ломая голову, я шагнул вперёд.

Едва не растянувшись в шпагате, лихо съехал по полированной стенке. Вода накрыла меня с головой. Фыркая и сплёвывая, устаканился в этой ванной. Неудобная конструкция, упора для ног нет, подумал я, вытягиваясь во всю длину. Мне предстоял довольно длительный процесс отделения всей слипшейся одежды от тела.