Книга Рождённая летать, страница 218 – Аксюта Янсен

Муррочку пришлось от себя отцепить и устроить у самых корней папоротника, на достаточно большой кочке, дававшей малышке опору для лапок, с наказом сидеть тихо, как шуршарик в гнезде. Самой же выйти на открытый участок, развести в стороны лапы, собирая в них редкие и рассеянные солнечные лучи. Но всё равно тёплые. Впитать, вобрать в себя, столько, сколько расщедрилось солнце. И распространить их в стороны, нагревая воздух и заставляя его активнее двигаться от земной поверхности ввысь. Даже закрыв, для пущей сосредоточенности, глаза, она почувствовала, как чаши весов вероятностей ощутимо сместились в пользу крылатых. Она растянула рот в улыбке, не обнажая клыков, а когда в следующий раз раскрыла глаза, почувствовав седьмым чувством, что всё уже закончилось, тёмная махина удалялась с поля боя чуть ли не быстрее, чем раньше летела к их Стойбищу. В небе, над её головой, кружила шестёрка айев, явно ожидая, пока она обратит на них внимание. Кричать им? Всё равно ничего не разберут. Широко взмахнув лапами, чтобы привлечь к себе дополнительное внимание, она жестами указала направление на Стойбище Многих Племён. И сама, выхватив Муррочку из-под папоротника и закинув её на спину, широкими прыжками поскакала в том же направлении. Айи её не обгоняли, хотя могли бы. То ли боялись промахнуться мимо нужного места, то ли её (их!) охраняли, кто их разберёт, но до холмов, где расположились успевшие подтянуться к месту общего сбора Родов и племён, они добрались одновременно.

Незнакомцев встретили с умеренной радостью, осторожным любопытством и величавой почтительностью. Это потому, что Миррая отвела их к тому холму, где чаще всего можно было застать вождей и шаманов, которые и выказывали все подходящие случаю эмоции. Впрочем, церемонии не затянулись надолго: гости были слишком утомлены, да и прибыли ради решения вполне конкретных задач.

От имени всех взялся вводить чужаков в курс дел Уррин — избранный вождём вождей. А дела были далеко не блестящи. Чего только стоило сообщение о летучем корабле, направлявшемся в Стойбище, от которого еле удалось отбиться, причём не силами ойров! Было от чего впасть в отчаянье.

— Как вы думаете, — по праву старшего группы спросил Юджин, — они по вероятным местам обнаружения племени рыскали, или знали, куда идут?

— Знали, — вперёд вождей успела ответить Миррая, — раньше такие большие над нашими болотами не появлялись. Да и шёл он дольно точно.

— Вас легко обнаружить?

Вибриссы Уррина скорбно дрогнули, тяжёлые вислые плечи опустились ещё ниже.

— Мы измотаны. У нас не хватает сил, чтобы спрятать от летучих кораблей такую кучу народа.

— И чем больше прибывает народа, тем сложнее их прятать, — добавил Ниррая, по праву старейшего из присутствующих шаманов. — С каждым днём.

— А открыть пространственный проход и начать переброску ойров прямо сейчас? — склонил голову Юджин. — У нас уже готовы начать принимать переселенцев.

— Как только заработают парные потры ни о какой маскировке уже не будет идти речи, — покачал сивой головой Ниррая. Его мех с возрастом совсем побелел, утратив природный золотистый окрас. — Наше местопребывание будет обнаружено с точностью до кочки.

— Ещё не все племена успели подойти к месту сбора, — добавил Уррин.

Конечно же, ещё на Великом Бдении, в котором принимали участие все маги и все шаманы, попытались согласовать маршруты следования отдельных племён, так, чтобы прибыть всем, и ближним и дальним, примерно в одно время. Но то-то же и оно, что только примерно. И потому, некоторые, кому повезло с обстоятельствами, уже дня три, а то и четыре обживают окрестности, а некоторых и через неделю не надеются увидеть.