Книга Враг императора, страница 95 – Андрей Посняков

— Интересно, что это ты там делал? – удивленно поднял глаза Алексей. – Бог магометан ведь запрещает изображать живые существа – а ведь ты скульптор, не кто-нибудь.

— Так я живых и не изображал. – Юноша отмахнулся. – Вырезал из камня всякие узоры – арабески, орнаменты.

— А что, там местных-то резчиков нет?

— Да нет, хватает. Просто уж очень много чего строят эти турки! И все хотят, чтоб покрасивее.

— Помогал, значит, заклятым врагам Христовой веры? – язвительно хмыкнул отец Себастьян.

Франческо поморщился:

— Не помогал, а зарабатывал деньги. Хорошие, между прочим, деньги – в Италии таких никогда не заработаешь. Вот и сейчас в Кафу еду – на заработки. Пригласил один богатый купец!

Похожий на жердь отец Оливье глухо расхохотался:

— Вот она, нынешняя молодежь – все деньгами меряет! Нет, чтоб о душе хоть немножко подумать.

— А я думаю! – вспыхнул молодой скульптор. – И на храмы жертвую щедро.

— А вот это ты правильно, сын мой! – резюмировав, отец Себастьян махнул рукой. – Ну, наливайте, что ли. Выпьем. Да лей, лей, Франческо, не тряси – больше разольешь. Все правильно, такому молодому да красивому сеньору, как ты, деньжат требуется много. Поди, на женщин их тоже тратишь?

— Да бывает, – под громкий хохот присутствующих сконфуженно признался парень.

— На чужих жен, стало быть! – не преминул заметить отец Себастьян. – Грешник ты, синьор Франческо, грешник. Послушай-ка, а не купишь ли у меня индульгенцию? Есть очень хорошие, в цене, думаю, сойдемся.

— Брось ты беса тешить! – Отец Оливье хлопнул юношу по плечу. – Расскажи-ка лучше, ты самого Мурада, султана турецкого видел?

— Видал, но не вблизи, а так, издали. А вот наследника, Мехмеда, приходилось и близко видеть – любит он по городам на коне скакать. Красивый такой юноша, правда, необузданный. Говорят, учится только из-под палки.

— А кто не из-под палки учится? – вполне резонно переспросил отец Себастьян. – Скажу так – ежели б меня не пороли, так вырос бы неучем!

Жердина – отец Оливье тут же расхохотался:

— Почтеннейшим твоим учителям нужно было бы тебя почаще пороть. Глядишь, и толк вышел бы!

— Да ну тебя, падре!

— Вот, помню, заказывал мне отделку дворца один турок. Не самый знатный вельможа, но и не из бедняков – служилый, на жалованье. Греческую речь знал, грамматику – учителем мог бы работать! Выдал мне денег, да велел набрать каменотесов на свое усмотрение… А там, в Никее, имеются рабы при городском хозяйстве, вот я их и приспособил – работать, правда, пришлось им немало, зато потом все на волю выкупились! Уехали в Константинополь – все десять человек, артелью. Славные люди.

— В Никее, говоришь? Каменотесами? – задумчиво переспросил Лешка. – А Созонтий с Анисимом Бельмом у тебя, случайно, не работали?

— Созонтий? Анисим? – Франческо пожал плечами. – Может, и работали, я ж по именам их не помню. Постойте-ка! Бельмастый точно был. Вот только как его звали…

— Да хватит вам вспоминать, – махнул рукой отец Себастьян. – Обратите внимание – вино уже кончилось! Синьор Франческо – твоя очередь бежать.

А скульптор и не отказывался:

— Ах да, да, конечно.

Юноша отсутствовал долго, по всеобщему мнению – гораздо дольше, чем требовалось для покупки вина. Впрочем, может быть, это оттого, что время в ожидании тянулось так медленно, словно вол, влекущий тяжело груженный воз.