Книга Сокол, страница 21 – Андрей Посняков

Народ собрался уже, к реке подошел и вчерашний вельможа в сопровождении воинов. Идущие позади него здоровенные парни держали носилки, замечательно красивые, даже, кажется, покрытые золотом и драгоценными камнями, прямо не носилки, а музейный раритет или, как любят к месту и не к месту говорить в американских фильмах, — артефакт.

Никто не уходил, видать, чего-то ждали — скорее всего попутное или рейсовое, ежели здесь таковые имелись, судно. И оно появилось!

Сначала вдалеке, ниже по течению, показался из-за излучины парус, белый как облако и странноватой, на взгляд Макса, формы: прямоугольный, вытянутый в длину и выступавший далеко за борта судна — ладьи с высоко поднятыми кормой и носом. Когда парус приблизился, стало хорошо видно, что это не одно, а два судна — второе, почти точно такое же, только без мачты, парусник тянул на буксире.

Стоявшие на берегу люди при виде судов явно обрадовались. Включая вельможу — ого, а у него, оказывается, шрам через всю левую щеку, белый такой, рваный, — и его воинов. Все закричали, замахали руками, опять захохотали — ну, любили посмеяться по всякому поводу, что уж с ними поделать?

Зарифив парус, суда повернули к людям, уже на веслах, но до самого берега не дошли, наверное, метров двадцать — человек с шестом на носу переднего судна, в очередной раз промерив глубину, предостерегающе вскинул руку. Гребцы разом подняли весла. Взметнув тучу брызг, упали в воду якоря — сразу несколько штук, похоже — обычные камни, привязанные канатами. Оба судна застыли неподалеку от берега, лениво покачиваясь на волнах. Вот оно — близок локоть, да не укусишь! Как теперь до них доберешься-то? Ну разве что вплавь.

— Эй, эй! — С обоих кораблей призывно замахали руками, и стоявшие на берегу тут же бросились в воду, придерживая на плечах плетеные корзинки, или, лучше сказать, короба с поклажей. Багаж.

Похоже, там было не так уж и глубоко — несколько парней и девчонка, шагнувшие в реку первыми, дойдя до судов, погрузились в воду максимум до пояса. Вот двинулись и воины, и носильщики подняли на плечи паланкин с гордо восседавшим вельможей. За ними потянулись и все остальные. И Макс. Что ж ему, оставаться тут в гордом одиночестве? Тем более без Тейи…

Вельможа с воинами поместился на буксируемой барже. Максим все никак не мог для себя решить окончательно: кто же это все-таки такой? Ну, прозвал как прозвал — вельможа. А все-таки, кто он? Староста, как можно было предположить? Представитель местной администрации? Тогда отчего у него такой странный вид? Хотя, конечно, вид тут у всех странный. Полуголые, в набедренных повязках, юбочках, каких-то передниках, а зато украшений у каждого — хоть отбавляй! На шеях бусы из нескольких нитей, разноцветные — темно-коричневые, ярко-красные, синие, изумрудно-зеленые, красивые, не оторвать глаз! На лодыжках, на запястьях, даже на предплечьях увесистые браслеты, у некоторых, такое впечатление, золотые — слишком уж нестерпимо сияли. В ушах у женщин и девушек — изумительного изящества серьги, а вот мужчины, похоже, серег не носили, кроме жавшихся к матерям совсем уж маленьких мальчиков, лет семи-восьми. Смешные были детишки — голые, с одним лишь узеньким пояском на чреслах, с этакими забавными прическами в виде связанных пучками прядей с одной стороны тщательно выбритой головы.