Онлайн книга «Сокол»
|
— И тут я залез на крышу и увидел, как блистают наконечники копий врагов! — рассказывая, Макс не жалел красок. — Поистине, их было великое множество! Наш друг, Ах-маси пен-Анхаб, — думаю, вы все хорошо знаете его отца, могущественного правителя Анхаба Ибану, — спустился вниз… и едва не был схвачен целой толпой разбойников. А мне было уж никак не успеть прибыть к нему на помощь! И тогда я вскричал — о, благороднейший Атарша, воистину, твое сердце из железа! Беги же, беги скорее на помощь, рази вражин камнями и отнятым у них же копьем… Так и вышло… Покрасневший от удовольствия краснодеревщик сидел в своем резном кресле, украшенном сердоликовыми пластинами и бирюзой, в правой руке он держал серебряный бокал с вином, в левой — крылышко жареной утки. — О, друг мой, Джедеф! В счастливый день встретился ты мне. Ешь же, пей, развлекайся! А хочешь, покажу тебе кое-что? — Конечно хочу, — тут же согласился Максим, давно уже выгадывающий подходящий момент для приватной беседы. — Веди же меня, дружище! — Идем. Клянусь Амоном, ты такого еще не видел. Вслед за хозяином Макс прошел в западное крыло дома, где было устроено нечто вроде приемной или хозяйского кабинета, хотя, видят боги, кого мог принимать в своем доме краснодеревщик? Клиентов? Своих подмастерьев? Может быть, и так, а скорее всего Атарша просто подражал придворным, которым самолично отделывал подобные комнаты, украшая их полированной мебелью из крепкой киликийской сосны. Почему б себе подобное не устроить, если средства позволяют? Сапожник без сапог, что ли? Вот уж нет! По всей видимости, именно так и рассуждал краснодеревщик, хвастливо показывая гостю собранные в кабинете диковины — огромные, редкостной красоты раковины, резную изящную мебель явно своей работы, модели судов. Вернее, одна модель — изящную копию нильской барки с высоко поднятыми кормою и носом. Ах, как чудесно было все сделано, поистине изысканно, с большим трудолюбием и вкусом! Весла, фигурки гребцов и кормщика, мачта с матерчатым парусом, канаты, даже нарисованные на носу барки глаза — чудесно синие, большие — все говорило об умелой руке мастера… Которую Максим уже где-то видел! Ну, несомненно, видел, и не так давно… О, Амон! Хори! Подобную штуку приносил как-то во двор Хори, мальчишка, правда, не целую барку, а лишь половину, обломок, который, говорил, нашел на берегу у храма бога-воителя Монту. — Клянусь Осирисом и Исидой — замечательная работа! — зацокал языком Макс. — Прямо не оторвать глаз. Тоже ты делал, уважаемый Атарша? Или кто-то из твоих сыновей? — Не угадал, друг мой! — Хозяин дома неожиданно расхохотался. — На это раз не я и не мои дети. Так, один человек… Я ему иногда поставляю обрезки различных пород деревьев — большая, кстати, редкость у нас. А он вон что делает! Такие ладьи обычно ставят в гробницах знатных людей или в храмах, и ты даже не представляешь себе, Джедеф, каким большим спросом пользуются такие кораблики и сколько стоят. — А сколько? — подняв глаза, поинтересовался гость. — Половину шетита! — почему-то шепотом пояснил Атарша. — Или, чтоб понятнее, полдебена серебра и два кедета золота. — Половина шетита?! — Максим округлил глаза. — Но ведь столько же стоит небольшой дом! Не такой, конечно, особняк, как у тебя, но все-таки. Отдать столько за маленькую — пусть и красивую — лодочку! Поистине, есть еще в Уасете богатые люди! |