Онлайн книга «След на болоте»
|
— Значит, можно разобрать, пропесочить! — Ой, девочки, — вскинула голову Вера. — А давайте без этого! Ну без собрания. А то как-то… Он извинился же! Кажется, искренне… Да и вообще — без родителей рос… с теткой… жалко ведь… — Ох, добрая ты, Вера! — Вскочив на ноги, Маринка уперла руки в бока. — Значит, так! Еще раз пристанет — сразу зови нас. А уж мы-то ему не спустим! Правда, Женя? — Ага. В реку выкинем на раз — пускай охолонится, Дон Жуан чертов! — Марин… А к тебе он как? — понизив голос, поинтересовалась Женя. — А ее он боится! — вдруг расхохоталась Вера. — Ну побаивается… видно же! Мариночка ведь у нас комсорг, и вообще, девушка боевая! Да, а мужика того, что мог наши лодки проткнуть, вы с Кнышем заметили? — Костик еще был… Ну мы ж втроем рыбу ловили. А первым Коля заметил, да! Рукой показал в заросли… вон, говорит, мужик какой-то… Ну Костик его лучше рассмотрел, а я как-то не очень… — Как подумаешь, что он где-то здесь бродит… — зябко поежилась Маринка. — Ну, этот, браконьер… — Да давно он уже смылся, только и его видели! Испугался. Нас-то много, а он-то один. Ну навредил, как смог, — это да… — хмыкнула Женька. * * * Про новенькую десятирублевую купюру Щекалиха не раскололась. — Ну, может, и не с аванса… Может, кто принес… Да не помню я! Вот еще, всякую ерунду помнить! — И что же, Таня, к тебе много народу ходит? И все с деньгами? — прищурил глаза участковый. — А я многим нравлюсь! — выкрикнув, Татьяна вдруг насторожилась, бросив на милиционеров ненавидящий взгляд. — Э-э, Дорожкин! Ты на что это намекаешь? — Да ни на что я не намекаю! — Нет, намекаешь! Так вот: даю я не всем и не за деньги! — Эй, эй, Татьяна! Уймись! — выступил вперед Мезенцев. — Мы же просто спрашиваем. Гражданка Щекалова в дом милиционеров не приглашала, разговаривали, как и в прошлый раз, на улице, у крыльца… — А доски-то на ступеньках кто заменил? — как бы между прочим поинтересовался Дорожкин. — А кто надо — тот и заменил! — снова взвилась Танька. — Что, я на личную жизнь правов не имею? — Имеешь, имеешь… Тот же, что и червонец дал? Новенькая такая купюра. Красненькая… — Да далась вам эта красненькая! Ну честно — не помню… А ведь Танька в чем-то права, подумал про себя Мезенцев. Могла и забыть — ведь мелочь же! Да и вовсе не факт, что купюра — с того ограбления… Не факт! Но проверить надо. — Давай, Татьяна, вспоминай, кто к тебе приходил… ну, начиная с мая… — мягко улыбнулся Максим. Дорожкин покусал губы и добавил: — Не скажешь, так мы соседей спросим. Тебе оно надо? — Ага, соседей! Они соврут — недорого возьмут. А то вы не знаете! — Ну, тогда, Татьяна, сама. Женщина ты видная… и не дура. — Ой, подлизываешься, Максимушка! Ладно… Может, чего и вспомню… — усевшись на скамеечку у забора, Щекалиха вытащила из кармана висевшей на заборе куртки горсть семечек и протянула Максиму. — Хочешь? — Не откажусь. — А тебе, Дорожкин, не дам. Злой ты нынче! — Ага. Зато ты — добрая. — Ла-адно. — Выплюнув шелуху, Татьяна потянулась и, перехватив невольный взгляд Макса, довольно заулыбалась. — Кто приходил, спрашиваете? Ну про Вальку вы знаете… Дебелый еще заходил, было дело… Юрик Нос, Ванька Кущак… — Весь бомонд! — не сдержавшись, саркастически хохотнул участковый. — Ладно, ладно, Таня, — не перебиваю. |