Онлайн книга «Поручик»
|
— Да уж, вполне отвалиться может… – покачал головой Самусев. – Шпилька сломалась. Нет ли у вас какого-нибудь гвоздя? Красотка пожала плечами: — Может, и есть. Под сиденьем, вон, посмотрите – там подушка снимается… Нашелся и гвоздь, и корзинка с провизией и баклажкой. Ах, как вкусно пахло лепешками! — Ой… ваш кафтан… Он в грязи весь! – всплеснула руками вдовушка. – Вы, пока чините, снимите – я почищу. Тепло ведь уже – высохнет быстро. И впрямь, в небе уже выкатилось солнышко, припекало. Конечно, не так знойно, как летом, но все-таки… Сбросив кафтан и треуголку, Николенька заменил шпильку гвоздем, обернулся: — Ну, все! Ой… Брови его удивленно дернулись – красавица Янина, сбросив кафтан и рубаху, стояла перед ним в одних шальварах… наготу ее прикрывал лишь батистовый отрез… — Вот, решила померить… Идет мне этот цвет? Как вам, нравится? — О… да-а… — Благодарю вас за помощь, господин офицер… Хочу угостить вас вином! У меня и чарки найдутся… Ну, раз уж чарки… Расстелили на траве рогожку, уселись, выпили… Батистовая ткань соскользнула с худеньких плечиков… Качнулась упругая грудь… Упало небо… Ну, а что? Николенька ведь был еще не женат, даже не помолвлен. А вдова по всем законам – сама себе хозяйка. * * * В каменоломне ничего интересного не оказалось. Собаки, прихваченные вместе с местными пастушатами, лишь виляли хвостами да облаивали диких гусей да уток. Одна вдруг погналась за зайцем. — Э! Ахрам, Ахрам! Стой, псинище… Ах ты ж, шайтан! Пастушок бросился за своим псом и вдруг застыл… обернулся… — Гаспадин! Тут эта… Нэ понять что! Сосновский опрометью бросился к парню… В самшитовых зарослях, недалеко от дороги, был спрятан велосипед! Синий, дамский… с блестящими бабочками на спицах. * * * Смуглая красотка Янина оказалась умелой в плотской любви! Корнет даже и не подумал бы… — Хороша ты! — И ты… Навестишь меня в Кинбурне? — Конечно! Скажи, где живешь? — Нет. Только не в дом. Там родичи, знакомые… А со смерти мужа не прошло и года. — Я понимаю… – нежась на рогожке, Николенька погладил вдовушку по плечу и приподнял голову. – Тогда где? — Лавка старого грека Фемистокла… Нет, не в гавани. Недалеко от мечети. Спросишь – там все знают… – Взгляд женщины затуманился, на губах заиграла легкая мечтательная улыбка. – Я скажу греку… Когда ты придешь – он пошлет за мной. И угостит кофе. Не хуже, чем в кофейне. Но предупреждаю – сразу могу и не явиться. Сам понимаешь… — Да… – корнет усмехнулся и вдруг вполне цинично спросил: – Ну и зачем это все тебе нужно? О, младший Самусев был вовсе не таким наивным, каким иногда казался! Тем более – здесь, на войне. Все ж – офицер! Да еще в карауле… Впрочем, и дамочка оказалась не лыком шита. Перевернулась на бок, подставила под подбородок руку: — Ну, конечно, хотела тебя кой о чем просить. Но коляска и вправду сломалась… — Да Господь с ней, с коляской… О чем ты хотела просить? — Камень, мой дорогой. Я хотела бы выбрать… на каменоломне… Совсем немного… Знаешь, раньше мы брали, но сейчас строго-настрого… Корнет усмехнулся: — Правильно! А как ты хотела? Ведь идет война. И весь камень – только для военной надобности. Подожди – вот разобьем турка, тогда… — Значит, не поможешь? — Нет. Извини и не проси больше. Служба! — Понимаю… – Янина вздохнула и положила голову на грудь любовника. – Ну нет, так нет… А как ты догадался? Ну, что я не просто так… |