Книга Секутор, страница 84 – Андрей Посняков

Бык между тем замычал, наклонив голову, дернулся, поднимая холодные брызги.

— Ну и бычара у вас! – настороженно посмотрел на него Автебиус. – Самим-то не страшно?

— Армид? Да он вообще-то послушный. – Один из пастушков, темноглазый и длинный, опасливо покосился на быка.

— Говорил я, не надо было его сейчас брать, – тихонько прошептал другой, круглоголовый. – Подождали б до вечера, покуда Аррикс не возвратится. Эвон как он…

А бык и впрямь возбудился: ни с того ни с сего – у молодых быков это частенько бывает, – наклонив голову, он бросился на собравшихся. Автебиус успел отскочить в сторону, а вот стоявший ближе к ручью круглоголовый мальчик – нет. Увернуться-то он увернулся, да вот слишком уж неловко – упал, и бык, наклонив рога, попытался было боднуть несчастного и проткнул бы тому грудь, если б не Рысь.

Вот они, совсем рядом, острые рога, бык мычит, хрипло дышит – раздумывать некогда. Отвлекая животное, Юний метнулся в сторону и тут же отпрянул обратно – разъярившийся бык пролетел мимо, развернулся – тем временем Рысь подобрал с земли подходящий по размеру камень, который приглядел еще раньше. Снова отпрыгнул, уклоняясь от острых рогов. Бык разочарованно замычал, мотнул головой, кося налитым кровью глазом, забил копытом, поднимая коричнево-желтую пыль. Юний резко рванул вправо… затем влево – сила инерции протащила быка несколько шагов, и Рысь, быстро догнав животное, с силой огрел его камнем по голове. Дернувшись, бычок зашатался, передние ноги его подломились, налитые кровью глаза затянулись белесой пленкой. Вот еще дернулся, замычал – и завалился на бок.

— Что ж ты наделал?! – спрыгнув с дерева, в страхе воскликнул темноглазый. Потом повернулся к поднявшемуся с земли напарнику, замахнулся: – Все из-за тебя, Илекс! Лучше б уж Армид тебя забодал! Что теперь скажем старосте?

Илекс опустил голову, искоса посмотрев на быка: вдруг очнется?

Нет! Рысь ударил надежно.

— Похоже, мы лишние в их разборках, – шепнул ему галл. – Пойдем-ка, пожалуй.

— Да, – согласно кивнул ант. – Конечно, идем, да побыстрее – мы и так слишком уж здесь задержались.

Не прощаясь, гладиаторы быстро пошли обратно к холму. Что там кричали им вслед пастушата, парней не интересовало. Дело свое они сделали.

— Это Адалуй, деревня секвонов, – доложил легионерам Автебиус. – Мирная деревня, о мятеже там, похоже, еще и не слышали.

— Не слышали сегодня – услышат завтра, – ухмыльнулся Марк Арбоний. – Сколько там жителей?

— Два десятка мужчин, остальные женщины и дети.

— Большая деревня?

— Да, большая.

К вечеру на холме выстроили новый лагерь, все как полагается: прямые линии палаток, ров, вал, ворота. Центурион оказался прав, здесь и впрямь было куда лучше: сухо и местность просматривалась неплохо. Гладиаторам, как всегда, досталась самая крайняя палатка, у южных ворот, что выходили как раз на дорогу к деревне. Местные жители уже заметили лагерь и принесли на продажу молоко и овечий сыр. Многие легионеры с удовольствием покупали, продукты были свежими, да и просили за них дешево. Подошедшие к стенам галлы – косматые, в кервезиях и браках – рассказывали воинам разные охотничьи небылицы и громко смеялись, пытаясь перепрыгнуть ров. Один разбежался даже… Куда там! Под смех легионеров бедолага так и свалился в ров, уже заполненный холодной, отведенной из ручья водой. Второй смельчак, сняв кервезию, взял в руки длинный посох и, упершись им в обсыпку, легко перемахнул ров, что вызвало одобрительные возгласы его товарищей: