Онлайн книга «Последняя битва»
|
Заметив разбойную банду, Раничев осторожно пошел вперед… четко фиксируя каждое шевеление травы, каждый хруст, раздававшийся сзади и по бокам. Нет, не ушли вражины, ползут, ползут, гады. Ишь, понадеялись на внезапность да на то, что нападут на почти безоружных… Ох, ребята – не напрасно ли? Иван усмехнулся – он даже не сомневался ничуть, чья выйдет победа! А чего сомневаться? С ним десяток скоморохов – людишек тех еще, ко всяком бою привычных. Плюс он сам, боярин Иван Петрович Раничев, человек, тоже в бою не последний. Ну-ка, возьми, за рубль за двадцать! Зубы пообломаешь. Цепко оглядев местность, Иван сразу же выделил несколько удобных для классической засады мест: заваленный буреломом участок дороги, узость – урочище между двумя крутыми холмами и поросший молодыми дубками овражек. Итак, бурелом? Нет, вряд ли. Если нужно было бы всех убить, пострелять из луков, так лучше места и не придумаешь, а вот для захвата не очень-то удобно – сразу, незаметно, не выскочишь – мешают поваленные стволы. По тем же причинам Раничев отмел и овражек, осталось одно урочище, теснина, заросшая по краям холмов густыми кустами жимолости, малины и дрока. Ага – вот чуть шевельнулась ветка, а ведь никакого ветра не было! Вот блеснул на солнце наконечник рогатины или копья. Иван сделал вид, что споткнулся, упал в дорожную пыль. Поднялся, делая вид, что отряхивается, дождался, когда подойдет ближе Онцифер Гусля. Тихо, глядя в землю, сказал: — Впереди, меж холмами – засада. Будьте готовы. Онцифер кивнул – принял к сведению. Остановившись, с руганью подозвал Кряжу – невысокого, крепкого, вполне оправдывающего свое прозвище, парня с круглым добрыми от природы лицом: — Ты куда гусли сложил, паря? — В телегу. – Кряжа пожал плечами. — В ту, где сырое сено?! Ну и чем думал, мать-ити? Живо иди, перекладывай! – придержав изумленного парня за рукав, Онцифер тихо добавил: – Разберите оружие, впереди, в урочище, ждут. Скоморох кивнул и, быстро побежав назад, к телеге, закричал: — Эй, Самсоня, давай-ка посмотрим гудки! Не «гусли» сказал – «гудки» – то была условная фраза, означавшая крайнюю степень готовности. Не говоря ни слова, Самсон кивнул, и Кряжа, живо забравшись в телегу, сноровисто натянул тетиву самострела специальным блоковым рычагом – козьей ногою. Вещица была полезная, при таком способе зарядки самострел не нужно было упирать в землю, придерживая ногою за стремя. Телега замедлила ход – к ней, словно бы случайно, подошли скоморохи… Так в урочище и въехали, вместе! Меж холмами было сыро и сумрачно, над головою, касаясь друг друга ветками, нависали кусты. Иван, глядя на остальных, сунул руку под сено, нащупав тяжелую саблю. И вовсе не чувствовал себя дураком. И что с того, ежели показалось? Очень даже неплохо. Подумаешь, лишний раз перебдели! Лучше уж так, чем стать легкой добычей, позволить кому бы то ни было захватить врасплох… — Фью-у-и-и-и! – Резкий разбойничий посвист разорвал тишину, кусты затрещали, и в расщелину посыпались вооруженные мечами и короткими копьями люди… сразу же нарвавшиеся на достойный отпор! Раз! – ловко взмахнув саблей, ранил нападавшего Кряжа. Два! – Онцифер Гусля лихим выпадом поразил вражину мечом. Три! – Самсон, не слезая с телеги, просто-напросто подставил копьецо – насадив на него прыгнувшего сверху разбойника, словно на вертел. |