Онлайн книга «Последняя битва»
|
— Некому. – Колдунья поджала губы. – Ты один такой… не наш… и не их. Уж извини, так вышло. Хотела тебя предупредить и раньше, да не смогла – словили монастырские слуги. Иван пригладил волосы: — Как давно разверзлось время? — Год – не больше. — И где? — То не ведаю. Лишь слышу знаки. — Поня-а-атно. Как такое могло случиться вообще? — Перстень. Он есть. Еще один. — Четвертый? Да сколько же их вообще? Мавря тряхнула седыми космами. — Ты не понял. Четвертый перстень не здесь, там… — Ах, там… — Да, там… Там, откуда пришли. – Колдунья вздохнула. – А может, уже и здесь… То есть – то там, то здесь. Больше ничего тебе не скажу – просто не знаю. — Спасибо и за это. – Раничев поднялся с лавки и, немного пройдясь по горнице, продолжил беседу. – Вряд ли тебя будут искать – игумен уже сжег несчастную, ни в чем не повинную кошку… Но все же тебе не стоит светиться. — Светиться? — Показываться лишний раз на людях. За Гумновым есть починок, выселки… Пока поживешь приживалой, а к осени выстроят для тебя избенку. — Благодарствую, боярин-князь, – встав, поклонилась старуха. – Ты добрый человек, таких мало. И странно… — Что странно? — Ты добрый… и добра наживаешь немало! Редко такое случается. Иван усмехнулся: — Я не просто добрый, я умный. Мои люди проводят тебя до Гумнова. — Добралась бы сама… — Нет. – Боярин предостерегающе поднял руку и улыбнулся. – Не люблю неожиданностей. Колдунья еще раз поклонилась и вдруг перекрестила Ивана: — Храни тя Господь! Сделай, сделай то, что должен. Только ты можешь… Только ты… — Только я, – повторил Раничев, наблюдая, как Мавря садится в давно приготовленный для нее возок. – Что ж, похоже, больше действительно некому. Значит, нужно действовать… Кто бы сомневался? Но прежде чем действовать, необходимо рассуждать – здесь как раз такой случай, как раз такой… Проводив глазами отъехавший возок, Иван уселся на крыльцовой лавке и попытался порассуждать. Получалось плохо, все что-то мешало: то собачья грызня, то играющие дети, то вьющиеся вокруг подстрешин ласточки – щебетали, видно, вили гнездо. Итак, четвертый перстень. У кого? Где? Вообще, как же звали первую владелицу волшебного кольца? Вот ее-то, кстати, Раничев хорошо помнил, все ж таки не зря был директором музея. Как-то, разбираясь в фондах, наткнулся и на письма, и на иные документы. Перстнем испокон веков владел род Кучум-Карагеевых, последняя представительница которого, графиня Изольда, в конце тысяча девятьсот четырнадцатого года, после гибели на фронте единственного сына, приняла постриг. В двадцатые монастырь, как водится, был разорен большевиками, монашки изнасилованы и убиты, впрочем, Кучум-Карагеевой повезло – спаслась, бежала… Вот только куда? По некоторым данным – к тому месту, где был похоронен сын. А где он был похоронен? Там же, где и погиб, находясь в рядах второй армии генерала Самсонова. В Восточной Пруссии, вот где! Или – в северных районах Польши. Хотя Польши как таковой еще не было – были польские области, разбросанные в Германии, Австро-Венгрии, России. В общем, где-то там, в тех местах, где сейчас, в начале пятнадцатого века, как раз и располагался Орден рыцарей Святой Марии Тевтонской! Откуда и монета… Нет, насчет монеты – пока только предположение. Для более-менее внятного ответа нужно искать скомороха. |