Книга Молния Баязида, страница 64 – Андрей Посняков

— Неужто и минарет! – удивился возчик. – Ну наконец-то. А то кренится, кренится, не дай Аллах, и в самом деле рухнет кому-нибудь на голову.

— Теперь не рухнет, – Исфаган ухмыльнулся.

Его разодетые в сверкающую парчу нукеры – Касым и Мурадилла Коготь – важно кивнули.

Возчик обернулся к остальным и, что-то прокричав, махнул рукою. Груженные кирпичом и камнем возы, тяжело развернувшись, поехали в город, где у падающего минарета их уже ждали предназначенные для перегрузки телеги одного работорговца, Заира бен-Махдии, честно говоря, имеющего мало касательства как к падающему минарету, так и ко всей мечети Нураддина Занкия.

Раничев ухмылялся. Исфаган не обманул – в кожаном кошеле Ивана…

…позвякивало серебро. Эх, и хорошо же было на душе от этого звона!

Точно так же хорошо чувствовал себя Иван, добравшись наконец до Трапезунда, столицы одноименной империи, расположившейся на южном берегу Эвксинского понта, сиречь – Черного моря. Высокие крепостные стены, купола церквей и мечетей, сады и виноградники, оливковые рощи, многочисленные корабли, покачивающиеся у пристани, – все это говорило о богатстве империи. Хотя это была маленькая страна, не способная защищаться своими силами от таких могущественных соседей, как Баязид или Тимур, – трапезундский император Мануил Комнин платил дань то одному, то другому, в зависимости от сложившейся конъюнктуры.

Любуясь бескрайней синевой моря, Раничев въехал в город верхом на арендованном коне, в составе богатого каравана мосульского купца Мансура Кашди, между прочим, христианина какого-то непонятного толка. В ярко-голубом, залитом лучами солнца небе кричали чайки, на папертях церквей просили милостыню нищие в живописных лохмотьях, где-то рядом, за углом трехэтажного дома, шумел базар. Не доезжая до рынка, Раничев спешился и, протянув поводья коня подскочившему служке, низким поклоном поблагодарил караванщиков.

— И мы были рады тебе, Ибан, – в рыжую бороду улыбнулся Мансур Кашди, поправляя на левом плече желтый шелковый плащ. – Знаю, тебе надобно в Кафу…

— Скорей уж – в Тану, – Раничев тоже растянул губы в улыбке, впрочем, вполне искренней, ведь путешествие прошло на редкость спокойно. – Вот, прими в знак благодарности, – Иван протянул купцу несколько монет, тут же исчезнувших в могучей длани торговца.

— Могу подсказать тебе кое-кого, – купец пристально посмотрел на Раничева. – Если, конечно, нуждаешься…

— Да, да, – тут же закивал Иван. – Я и сам хотел бы просить.

— Гвидо Сантиери, запомни это имя.

— Гвидо Сантиери, – повторил Раничев. – Это купец?

— Арматор, – Мансур усмехнулся и, обернувшись, прищелкнул пальцами. Подскочивший слуга тут же развернул перед ним пол-листа белой багдадской бумаги, положил на специальную доску-подставку, вытащил перо и чернильницу.

Мансур быстро начертал несколько слов.

— Вот. Я попросил синьора Гвидо подобрать для тебя попутный корабль.

Иван поклонился.

— Арматор живет на улице Златокузнецов, это сразу за церковью Святой Софии, – пояснил купец. – Впрочем, сейчас искать его лучше на пристани. Спросишь – где, в любой таверне скажут.