Книга Молния Баязида, страница 55 – Андрей Посняков

— Он прав. – Исфаган поддержал Раничева. – К тому же – кто пустит в город бродяг?

— Да разве ж мы…

— А ты что же, Саид, думаешь, мы как-то по иному выглядим? Ноги твои босы и в цыпках, голова непокрыта, штаны порвались – на коленке дырка. А халат? Ты только посмотри на свой халат? Это же не одежда – рубище! Правда, спасибо караванщику и за такой… Все же лучше, чем идти голым. Тем не менее в город лучше войти с караваном. Тем более что Кривого Абдулчака в Мосуле, кажется, хорошо знают.

Маленький постоялый двор, о котором говорил Исфаган, на поверку оказался не таким уж и маленьким. Ну, конечно, поменьше, чем караван-сарай Керима ас-Сабайи – но ненамного. Правда, двор совсем уж маленький, узкий, а загон для скота позади дома огорожен почти сплошь прохудившейся оградой. Зато большой огород и круглый колодец, полный воды. Сразу после полуденной молитвы погонщики принялись поить лошадей, ишаков и верблюдов. Похоже, воды тут было вдоволь.

— Еще бы, – поглядывая на стреноженных лошадей, ухмыльнулся Исфаган. – Горы-то рядом.

Раничев с удовольствием напился от пуза и прилег отдохнуть в тени развесистого карагача. Там же расположились и остальные беженцы. Чеканщик с Саидом куда-то исчезли, впрочем, пацан вскоре явился, примостился рядом с Иваном и азартно зашептал в ухо:

— Там, – он кивнул в сторону огорода, – есть текущий с гор ручей… Пошли, кое-что увидишь.

— И что же? – Раничев поднялся на ноги, несмотря на усталость, спать ему не хотелось, хотя и надо было бы выспаться, кто знает, что еще там будет ночью?

Оглянувшись по сторонам, Саид быстро юркнул в прореху в ограде и поманил за собой Ивана. За забором тянулись грядки с огурцами, капустой и еще какими-то неизвестными Раничеву растениями, за грядками росли яблони и смоковницы, а за ними и впрямь журчал ручей – коричневатый, узенький, с переброшенным через него мостиком. У мостика мыли ноги девы в закрытых одеждах.

— Уже оделись, – с придыханием прошептал Саид. – Жаль, не успели. Ничего, может быть, сюда придут и другие женщины, я видел их в караване. Это-то, похоже, рабыни… Ну да, вон и старуха-ханум – для присмотра. – Парень кивнул на сгорбленную фигуру в длинной темной чадре с длинной палкой в руках. Палкой этой ханум подгоняла невольниц. Построила чуть ли не в шеренгу и погнала прочь.

Пропустив их, к ручью подошла другая женщина в длинной желтовато-серой накидке – джелаббе. Закатав шальвары почти до колен, женщина зашла в воду и, оглянувшись, сбросила накидку.

Саид еле сдержал возглас. Это была не женщина – пэри! Смуглая, тонкостанная, с выкрашенными хной волосами… Боже! Раничев вздрогнул, узнавая Мосул. Интересные получаются дела… Она, что же, сбежала от Тамерлана? Или дело гораздо хуже – ей, в числе многих прочих, поручили следить за Иваном? Если так, то… Девушка неожиданно оглянулась и, видимо, что-то заметив, вскрикнула, бросаясь к накидке.

— Бежим, – шепнул Ивану Саид. – Иначе нам не миновать палок!

Пригибаясь, он зайцем бросился прочь, петляя меж капустой и огурцами. Раничев же никуда не побежал – поздно. Еще секунда – и девчонка разразится криком. Что же – уподоблять себя зайцу? Несолидно в его-то возрасте.

— Мосул, – выйдя из-за кустов, Иван, не спеша, зашагал к ручью. – Вот уж не ждал, не гадал тебя здесь встретить.