Онлайн книга «Око Тимура»
|
— Зачем было ее вообще красть? – невесело усмехнулся Раничев. — Зачем? Да эта девушка привяжет тебя лучше любого поводка! – расхохотался визирь. – Или я говорю неправду? Иван ничего не ответил, лишь поинтересовался, кто будет его спутник. — Один человек, – уклончиво отозвался Каим-ходжа. – Ты познакомишься с ним позже. Когда Иван вышел из дворца эмира, солнце уже клонилось к закату, и теплые оранжево-желтые лучи его играли на голубых изразцах куполов Шахи-Зинда. Вдоль улиц журчала по свинцовым трубам вода, подведенная почти к каждому дому, с минаретов доносились заунывные крики муэдзинов, созывавших правоверных на предвечернюю молитву. В сопровождении слуг эмира Раничев вернулся домой, и, совершив омовение, растянулся на ложе в ожидании готовящейся в летней кухне пищи. С женской половины дома прибежала Евдокся, непривычно радостная от одного вида любимого. Узнав о том, что предстоит Ивану, боярышня погрустнела, притулилась рядом на ложе, обняла Раничева за шею, заплакала. — Ну что ты? – Иван погладил ее по волосам, как ребенка. – Не плачь, не надо… Ювелирная мастерская и дом мастера Махмуда Ак-Куяка располагался в глубине квартала-махалли, на узенькой улице Златников, начинавшейся от мавзолея Шахи-Зинда; здесь издавна селились ювелиры. Раничев отыскал мастерскую почти сразу – спросил игравших у мавзолея мальчишек. Прошел в глубь квартала в благодатной тени чинар, остановился у небольшой дверцы в глинобитной ограде, постучал. Дверь тут же открылась, и высунувшийся привратник вопросительно посмотрел на Ивана. — Я бы хотел заказать мастеру Махмуду перстень, – тщательно подбирая слова, улыбнулся Раничев. Привратник молча поклонился и широко распахнул дверь: — Пожалуйста, проходи, уважаемый господин. Хозяин сейчас в мастерской, я провожу тебя. Войдя в тенистый дворик, Иван осмотрелся: двухэтажный дом с плоской крышей, сарай, яблони и персиковые деревья, ажурная беседка, увитая виноградной лозою, в глубине двора – длинное приземистое здание из красного кирпича. Туда и направился слуга. Остановившись на пороге, дождался, пока стихнут звонкие удары молоточка. — К тебе посетитель, усто. Хозяин, Махмуд Ак-Куяк – худой сутулый старик с белою бородою – поднял глаза на Раничева и вежливо улыбнулся: — Входи, уважаемый гость. Хочешь что-нибудь заказать? — Не совсем так, – пожал плечами Раничев. – Можешь ли ты, достопочтенный мастер, оценить одну вещь. — Оценить? – Махмуд Ак-Куяк вытер руки о кожаный фартук, оглянулся на двух молодых парней-подмастер?td. – Пока отдохните, ребята, и не вздумайте начинать без меня, – сказав так, он повернулся к Ивану. – Идем в дом, уважаемый. Они прошли мимо беседки, мимо яблонь и персиков, мимо тенистых чинар и по узкой лестнице поднялись на второй этаж, в небольшую комнату, устланную ворсистым ковром. Ювелир вежливо предложил сесть, уселся и сам, скрестив ноги: — Ну вот, достопочтенный, здесь нам никто не помешает. Ну что нужно оценить? — Вот. – Раничев снял с шеи деревянный ковчежец и, раскрыв его, вытащил перстень. Волшебное сверкание изумруда вдруг озарило всю комнату до самых темных углов. Камень сверкал так ярко, что Иван даже зажмурился, а старый ювелир округлил глаза. — Не может быть… – осторожно взяв в руки перстень, прошептал он. – Нет… |