Книга Дикое поле, страница 21 – Андрей Посняков

Повсюду слышались радостные крики, смех, визг — физрук и вожатые выгоняли детей на зарядку. Вот уже и из репродуктора послышалось что-то бодрое: раз-два — три-четыре, три-четыре — раз-два… А затем поставили музыку, старую украинскую песню:

«Океан Эльзи»… Вовсе не противная группа, отнюдь…

— Ты вышла замуж за весну, — не замечая, машинально напевал на ходу Ратников, — вот ведь, привязалось же!

Впереди — уже рядом — блеснуло море: сине-зеленое, накрытое сверху выцветшим белесым небом. Дул легкий ветерок, над прибоем носились, кричали чайки.

Подумав, Михаил решительно зашагал к косе — решил начать с будки и лодок. Перерыл там все, да так ничего и не нашел… хотя — а что было искать-то? Записку от Артема, мол, жив-здоров, все хорошо, привет Маше?

Разувшись, Ратников закатал джинсы и, взяв летние туфли в руку, неспешно зашагал по самому краю прибоя. Серый песок, белые ракушки… банановая кожура, пластиковые пакеты, пивные банки… одноразовая посуда… использованный презерватив… еще один… и еще… Мда-а, тут много чего интересного отыскать можно!

Если и был телефон, так, скорее всего — подобрали уже. Хотя, с другой стороны, — кому он нужен-то?

— Эгей! Эй! А ну-ка, догони, попробуй!

Услыхав голоса, Михаил резко обернулся, увидев бегущих по пляжу детей — мальчика лет десяти и девочку чуть постарше. Оба белобрысые — точнее сказать, выгоревшие — загорелые. Девочка — в красном купальнике, мальчик — в длинных цветастых шортах. Ох, как они неслись, как брызгали друг друга водой, как смеялись! Взахлеб! Так беззаботно радостно, как это возможно, наверное, только в детстве.

— Привет! — Ратников помахал детям рукой и улыбнулся.

— Здрасьте, дяденька! Погода сегодня какая… правда, хорошая?

— Отличная погода, ребята! Часто здесь бегаете?

— Да нет… обычно мы там, где лагерь купается. Там вода чище.

— Зато здесь — ракушки! И янтарь!

— Янтарь? — Ратников с сомнением покачал головой. — Ну, это вряд ли.

— Нет, честное слово, янтарь — вот смотрите! — Мальчик вытащил из кармана шорт солнечно-желтый полупрозрачный камешек…

И в самом деле… янтарь. Или просто стеклышко?

— Да вы не стесняйтесь, посмотрите! Это я вот только что нашел, у старых лодок. Эльке подарил, но вот, пока храню — у нее-то ведь сейчас карманов нету!

— Молодец, — Михаил осторожно взял камешек… и ахнул!

Нет, конечно же это был вовсе не янтарь, стекло… В виде головы змейки с маленькими красными глазками… осколок браслета!!!

Не может быть! Неужели и здесь началось… Неужели и здесь можно проникнуть в прошлое? И кто-то проник…

— Дяденька, что с вами?

— Нет, нет, ничего. Просто — красивая вещица. Вы больше ничего подобного не находили?

— Не-ет. А это, правда, янтарь?

— Вынужден вас огорчить, молодые люди.

— Жаль! Но все равно ведь — красиво? Элька, побежали дальше! Вот, не догонишь больше ни за что, не догонишь!

— Я не догоню?! Ха!

Проводив взглядом убежавших детей, Ратников уселся на плоский камень и тревожно задумался. Осколок был точно «тот», Михаил узнал бы его из тысячи, из миллиона! Слишком уж много было пережито…

Но раз есть браслет — значит, должны быть — или были — и люди из прошлого. Людокрады — кому больше-то?! Кстати, и тот несчастный парнишка… то-то он вызвал такое изумление у патологоанатома! Ну, еще бы… человек тринадцатого века, естественно, отличается по метаболизму от современного, пусть хоть и немного, но отличается. У средневековых людей, допустим — тридцать два зуба, у наших современников — тридцать, а то и двадцать восемь, из которых — половины кариесных.