Онлайн книга «Меч времен»
|
Вокруг расстилался лес! Угрюмая такая чащоба с елями, соснами, буреломом. Да еще и болотины по краям — никуда с тропинки не денешься при всем желании. И — странно — Миша приметил по солнышку, по мху на деревьях — тропка-то вела вовсе не на юг, к Пашозерскому погосту, а совершенно наоборот, явственно уводила к северу, в какие-то совсем уж непролазные дебри. Впрочем, очень может быть, что только таким путем сейчас и можно уйти, выбраться. Та, южная-то, дорожка наверняка мимо лугов да полей тянется, а там народ, людно, беглеца запросто заметить могут. Несмотря на ясный день, в лесу было сумрачно, темно, угрюмо. И — казалось — смотрят со всех сторон чьи-то злобные глаза. Рысь? Медведь? Волки? Хотя зверье-то сейчас сытое, бояться нечего… и некого, ну разве что — лося. Вот уж тот-то дурак рогатый может и просто так, ни за что ни про что — копытом башку снести, бывали случаи! Беглец вдруг резко остановился, услышав впереди, в зарослях, чей-то стон! Или даже — вскрик… Ну, явно человеческий голос! Оглянувшись по сторонам, Михаил ломанулся вперед, с трудом протискиваясь сквозь растущие прямо на тропе колючие заросли… и едва не упал вниз, останавливаясь на самом краю глубокой, разверзшейся под ногами ямы… Именно — ямы. Ямы-ловушки — волчьей, а то и на медведя. Во-он, торчат колья! Если б не голос… если б кто-то уже не провалился в ловушку допрежь, вот только что — Мишу уж точно пронзили бы колья. Прямо насквозь, как какого-нибудь медведя! — Эй, кто здесь? — беглец склонился над ямой. И тут же отпрянул — кто-то рубанул ножом, едва не достав Михаила. Кто-то? Молодой человек лет двадцати пяти, русоволосый, кудрявый, с задорной кучерявой бородкой и пшеничными усами. Миша, между прочим, обиделся: — Хотел помочь, а ты — ножиком! Хорош гусь. Ну и сиди теперь там, охотничков дожидайся. Когда они еще ловушки свои проверят! С досадою сплюнув, беглец подался в кусты — обойти яму слева, справа, похоже, что никак нельзя было — болотина. Угодивший в яму путник неожиданно застонал. Михаил обернулся: — Ты там что, ранен, что ли? — Да колом бок распороло. — Лихо ты прыгаешь, для раненого… Хочешь, чтобы помог, так нож выкинь. Просьба сия тут же была исполнена — на край ямы, сверкнув, вылетел узкий клинок. — Не хотел я тебя резать, думал — зверь какой, — тихо признался раненый. — Индюк тоже думал… Наклонившись вниз, Миша присвистнул и, поразмыслив, все тем же брошенным ножом принялся вырубать в попавшихся рядом рябиновых зарослях подходящий шест. Ямища-то оказалась глубокой — метра четыре, не выпрыгнешь. Да еще края мокрые, сыпкие… — Сам вылезешь или помочь? — Вылезу… Парень выбрался — ловкий, черт… И снова застонал, приложив ладонь к окровавленной рубахе. — И большая рана? — участливо поинтересовался Миша. — Да не так, чтобы очень… Юшку унять бы. Постой, я сам… Подорожника у тропы посмотри… должен быть бы… Рана оказалась рваной, большой, однако — даже на мишин непросвещенный взгляд — неглубокой. Так, вырвало клок мяса… Однако вполне загноиться может — от той же грязи. Приложив подорожник, перевязали бок оторванной от подала рубахи тряпицей. — Вот, поганцы, ну надо ж — на самой тропе волчью яму устроить, — скрипя зубами, выругался незнакомец. — Так местные-то, верно, про нее знают, — усмехнулся Миша, внимательно рассматривая нож — хороший, с наваренным лезвием и резной рукоятью из рыбьего зуба. Новгородской работы ножик! |