Онлайн книга «Меч времен»
|
Привязали пса… Эх, далековато стояли, да и укрылись за елками — стрелой не достать, если только подобраться поближе, да вот только как подберешься-то — собака сразу поднимет лай. И чего вражины этак вот затаились? Наверное, ждали своих, какой-нибудь другой отрядец, или тех мужиков, что плыли в ройке. Не торопились, вполне понимая, что беглецам с этой дороги деваться некуда — вокруг болота. Либо вперед, в чащу, либо — через лужу — назад, к озеру, иного пути не было. А раненый Авдей хрипел уже, метался в бреду, шевелил потрескавшимися от жара губами… да-а, не повезло с ним. Одни бы попытались прорваться, ушли б… Нет, нужно тащить парня, несмотря ни на что… вот если помрет — тогда уж другое дело, но, пока не помер… Хорошо еще сухо, не зарядили дожди. Михаил обернулся к Василию: — Как думаешь, заметили нас? — Конечно, — лоцман хмуро кивнул. — С собакой-то — грех не заметить. Знают — у лужи мы. Потому и не скачут — стрел опасаются, либо подмогу ждут. А вот как стемнеет… Василий не договорил, махнул рукою — и так было ясно. Всадники дождутся либо подмоги либо сумерек, и уж тогда бросятся на баррикаду со всей прытью, разметают по бревнышку — не помогут и стрелы, в темноте-то не очень и выстрелишь. А до вечера, между прочим, не так уж и много осталось. — Пойду вокруг болота, — подумав, решительно заявил Михаил. — Часа через два дойду… А вы покуда подумайте, как собачину отвлечь — очень уж она мне помешать может. — Отвлечем, — ухмыльнулся лоцман. — Ты про то не думай. Как проберешься — знак какой подай. Миша не выдержал, хохотнул: — Да зачем же знак-то? И так услышите. По звону. — А может, всем разом броситься? — оторвавшись от раненого, предложил Мокша. Василий хмыкнул: — Пока добежим, сто раз достанут стрелами. — А если ночью?! — А ночью — бабушка надвое сказала. Дорожка-то у нас одна, ждать будут. И. словно в ответ на его слова, скрывающиеся за соснами враги громко затрубили в рог. — Своим знак подают, — негромко прокомментировал лоцман. — Значит, есть еще отрядец. Слава Господу, покуда никто не отзывался. — Ну, пойду я, — шепотом попрощавшись, Миша краем дорожки, по кустикам, подобрался к луже и быстро миновал ее, надеясь, что вражины ничего не заметили. Надежда такая была — лужа из сосняка просматривалась плохо. А что псина принялась лаять — так это мало ли… Может, медведя почуяла или лося. Прошел удачно — стрела в спину не прилетела, и вражины, похоже, не всполошились, расслабились, а может, просто напросто ждали беглецов лоб в лоб, вполне резонно полагая, что те вряд ли будут возвращаться назад. Оставив позади лужу, Михаил прошагал по лесной дорожке километра два и — как только показался лес, туда и свернул, вправо, к озеру, слева все так же тянулась трясина. Ох, и не легко же оказалось пробираться в чащобе! Корявые сосновые ветки хватали за руки, рвали одежду, царапали щеки, норовя выбить глаза. Пару раз путник сбивался с пути, и выходил к озеру, после чего, напившись, шел некоторое время вдоль берега — тут уж был ориентир верный. Сосны и хмурые темно-зеленые ели сменились осинником, потом пошла рябина, березки, потянулся орешник — реденький, по-болотному чахлый. Снова справа заблестела вода — вот уж, действительно, Долгое озеро, идешь-идешь, а оно все никак не кончается… |