Книга Отряд: Разбойный приказ. Грамота самозванца. Московский упырь, страница 277 – Андрей Посняков

— Ты бы снял одежку-то, выжал, — посоветовал Митрий, на что оборванец лишь покрутил головой:

— Зачем? Дождь-то теплый — заодно и помоюсь, а потом уж на солнышке высохну. А вы как здесь? Гуляли?

В ожидании окончания ливня Жано явно был настроен поболтать, чем тут же воспользовался хитрый Митька:

— Жано, а ты привратника Юбера давно знаешь?

— А что вам до него? — настороженно переспросил гаврош.

— Так он же теперь наш друг! Ты не знал?

— Н-нет. — Мальчишка быстро вскинул глаза. — А что, вы все-таки подружились?

— Как раз от него сейчас и идем, от Юбера, — подбоченился Митрий. — Были в гостях. Завтра снова пойдем… можешь и ты зайти, коль Юбер тебя жалует.

— Забавно, — неожиданно улыбнулся Жано. — Были вроде враги, бились друг с другом и вот — на тебе, подружились.

— Юбер — хороший человек, — одобрительно заметил Прохор. — Рад, что мы с ним познакомились.

— Вы иностранцы? — Юный клошар с любопытством прищурил глаза.

Митрий шмыгнул носом:

— А что, заметно?

— У тебя — нет. — Жано покачал головой, от чего во все стороны полетели брызги. — А вот он…

— Я — поляк, — усмехнулся Прохор.

— А вообще, мы учимся в университете. В Сорбонне. — Митрий горделиво приосанился.

— В университете?! — присвистнул Жано. — Ну, надо же! То-то я и смотрю — с чего б это вы с Юбером спелись? Он ведь тоже из бывших студентов, ученый. Иногда такое рассказывает… земля говорит — шар! Слыхали?!

— Само собой.

— А я его спрашиваю, ежели земля — шар, так отчего ж тогда люди с нее не сваливаются? А он только смеется.

— Что земля — шар, это еще полдела, — усмехнувшись, заявил Митрий. — А вот не рассказывал ли Юбер, что она вращается вокруг солнца, а не наоборот, как это многим кажется?

— Земля? Вокруг солнца? — Оборванец был поражен. — Да быть такого не может! Хотя, да, помнится, Юбер как раз что-то подобное и говорил. Неужто такому в университетах учат?

— Ну, не во всех. — Митрий передернул плечами. — И не всех, только особо одаренных, как вот мы с Прохором. Хороший парень Юбер, только вот почему-то слишком часто молится, грехи, что ли, замаливает?

— Часто молится? — Жано недоумевающе хлопнул ресницами. — Вот уж чего не замечал, того не замечал. Юбер и к мессе-то редко ходит, говорит, что некогда.

— А ты частенько к Юберу захаживаешь?

— Да так, иногда. — Мальчишка неожиданно вздохнул. — Обычно зимой. Он меня не гонит, подкармливает, когда паломников мало. Да и самому веселей, у нас ведь здесь очень скучно, особенно в холодные да дождливые времена.

— И давно ты здесь, на горе?

— Лет с пяти, — пожал плечами Жано. — Меня тетка сюда привела… тут и бросила. А раньше мой отец жил в Лионе, и дед там же жил. Они были нищими — отец и дед, и, говорят, прадед. Прадед просил милостыню у городского собора, выстроил хороший дом, дед потом пристроил к нему еще один этаж, а отец и все мои родичи умерли от чумы. Дом за долги забрали… Не повезло. А ведь как хорошо жили! Ничего, я здесь тоже деньги откладываю — когда-нибудь куплю дом.

— Дом? — удивился Митрий. — А что, так много подают?

— Как когда, — философски заметил оборванец. — В теплые времена — не жалуюсь.

— А что Юбер, он давно здесь?

— Да года два уже. Он очень хороший человек, очень.

— И — наш друг, — с улыбкой поспешил добавить Прохор.

Ливень между тем прекратился так же внезапно, как и начался, поднявшийся верховой ветер утащил за горизонт тучи — изумрудно-зеленые, темно-фиолетовые, малиновые, и на чисто вымытой сверкающей лазури неба вновь засияло солнце.