Книга Красный май, страница 53 – Андрей Посняков

По возращению в госпиталь влюбленных ждал сюрприз. Старшая медсестра Мадлен лично встретила их у ворот, при этом выглядела донельзя растерянной.

— Даже не знаю, как и сказать… Ни анализов, ни снимка. Аньез! Аппарат тебя словно не видит! И кровь, и мочу – тоже самое. Не знаю, что уж и думать. Просто пустое место. Как будто тебя и нет на свете вообще!

Глава 9

Май 1968 г. Париж

Доктор, Аннет, Люсиль…

Все называли его – Доктор. В компании на улице Медичи он появился в самом начале мая, но Серж познакомился с ним чуть поздней. Доктор как-то зашел вместе с бородатым Жан-Клодом и Надин. Явно не студент – лет сорока-сорока пяти – высокий, в старых джинсах и свитере, он напоминал бы хиппи, если б не аккуратная стрижка с пробором, длинный, с горбинкою, нос, и аристократическое, тщательно выбритое, лицо, не сказать чтоб красивое, но и не уродливое, вообще – никакое.

Что это был за доктор? Ну, точно не медицины, скорее, философии или права, и не из Сорбонны или Нантера – его бы знали. Впрочем, в Нантере, он, кажется, был приглашенным лектором…

— Жан-Анри Антуан де Флессак, – так он представился, и тут же попросил называть его просто – Доктор, «дабы не тяготиться проклятым аристократическим прошлым».

Несмотря на то, что «его прислал Комитет», новый знакомый вел себя просто, часто улыбался – улыбка у него оказалась вполне обаятельной – и почти сразу же расположил к себе всех. Особенно, когда рассказал ту знаменитую историю про Красного Дани, которую передавали из уст в уста все студенты, и каждый добавлял что-то свое. Доктор же оказался непосредственным свидетелем – все своими глазами видал, «как вот вас вижу!» Тем более, интересно было послушать.

— Нас – преподавателей и часть студентов – собрали в актовом зале, – чуть прикрыв глаза, рассказывал Доктор. – Приехал месье Мисофф, министр по делам молодёжи. Там уже давно студенты что-то хотели. И вот один – невысокий такой, рыжий – вдруг подошел к министру и со всей наглостью попросил у него прикурить. Это и был Даниэль Кон-Бендит. Министр прикурить дал, с усмешкой, конечно же… Кон-Бендит затянулся, выпустил дым. И так, с натягом, сказал что-то про книгу министра. Мол, о сексе на трехстах станицах ни слова! Как же можно так писать, не понимая половой вопрос?

— Прямо так и сказал? – округлила глаза Аннет.

— Прямо так. А министр ответил, что приехал с целью продвижения спортивных программ. Эти-то программы, как он думал, гораздо больше должны интересовать учащихся. Сказал, а потом «наехал» на Кон-Бенди – мол, что студента с такой физиономией волнует только половая проблема. И посоветовал утопиться.

— Ого!

— А Кон-Бендит ему: вот ответ, достойный гитлеровского министра по делам молодёжи! Сказал, как припечатал. С тех пор и прозвали – Красный Дани. А после этого студенты написали на стенах изречение Мао, вы его знаете.

— Секс – это хорошо, но не слишком часто, – рассмеялся Патрик.

Аннет тут же поддержала:

— Девственность – причина рака!

После этой встречи Доктор стал для ребят своим, и вскоре предложил сделать квартирку на улице Медичи штаб-квартирой революционного Комитета.

— Надо идти дальше! – так он сказал. – Не останавливаться, ибо любая остановка – смерть нашему делу.

И смерть эта была близка – почти всем парижанам – и не только им – уже надоели постоянные баррикады и уличные шествия. Тем более, восемнадцатого мая возвратился из деловой поездки в Румынию президент Шарль Де Голль, предложив народу референдум по вопросу о поддержке президента.