Онлайн книга «Московский упырь»
|
Когда Иван вернулся к костру, на плечи девчонки уже был накинут его казакин. Замерзла? — Вон там, в котелке – извар. — Хорошо, – Иван наклонился. – Попью… — Стой! – внезапно воскликнула девушка. – После попьешь. — Почему – после? – Иван обернулся… и застыл. Под казакином у гостьи ничего не было! Ну да, вон оно, платье-то – висит на ветвях. — Кажется, кто-то меня собирался снасильничать? – Игла сбросила с плеч казакин… Обнаженная грудь ее восхитительно покачивалась – большая, с розовыми пупырышками сосков. Делая шаг вперед, Иван машинально отметил и тонкий стан, и стройные бедра, и темную ямочку пупка… Они повалились прямо на ветки, Игла с жаром принялась целовать юношу, срывая с него одежду, прижимаясь со всем жаром молодого и гибкого тела… — А теперь – пей! – Когда Иван утомленно раскинулся на ветвях, девушка принесла котелок поближе, зачерпнула березовым туесом приятно пахнущий ягодами извар, погладила юношу по груди. – Пей… Иван приподнялся на локте, выпил и снова лег, быстро проваливаясь в глубокий и крепкий сон. А когда проснулся… Когда проснулся, увидел над собой страшную толстогубую морду! Дернулся – и не смог шевельнуть ни рукой, ни ногой – они были крепко привязаны к вбитым в землю колышкам. — И впрямь красавчик, – обернувшись, ухмыльнулась морда. Господи! Это была женщина! Огромная дебелая баба с морщинистым страшным лицом и властным взором. Под мужским кафтаном явственно угадывалась огромная грудь, за поясом торчал узкий кинжал в затейливо украшенных ножнах. Разбойница! Лиходейка! А Настька-то, Игла, какова? Ведь подсыпала ж таки зелье, заразища! Нет, это не Настька заразища, это он сам хорош, ворона. Прельстился девкой – вот тебе результат. Интересно, чего этой бабище от него надо? Зачем связали-то? — Сейчас пытать тебя буду, соколик, – буднично, как ни в чем не бывало, пояснила разбойница, похотливо погладив голую грудь юноши сильной шершавой рукою. — Пытать? Но зачем? – удивился Иван. — А ни за чем, – бабища засмеялась. – Просто так, для души. Верно, Настька? — Верно, бабуся! – Игла – вон она, тут как тут, змеища – нехорошо засмеялась. — Ты не ори, – вытащив из ножен кинжал, посоветовала лиходейка. – Иначе первым делом язык отрежу. И не дергайся – узлы крепкие, а место глухое, да и у ручья – наши. Ну, с чего начнем, Иголка? Кожу снимать иль вены потянем? Иль – кое-что отрежем? — Хм… – Девчонка с хищным прищуром оглядела беспомощного парня. – Давай-ко, бабушка, не торопясь подумаем. — Хорошо, – неожиданно покладисто согласилась бабка. – Думай. А я пока посплю – ночка-то, чай, бессонной была… никакого теперь довольства. Да, а ты пошто мешкала-то? Я когда куковала? — Да он ведь, ирод, никак не хотел отвар пить! Уж как уговаривала… почти до утра… — Смотри у меня, живо плети отведаешь! – погрозила старуха и, грузно поднявшись, отошла. Иван повернул голову и увидел, как к разбойнице тут же подбежали несколько татей в армяках на голое тело, с рогатинами. — Матушка атаманша, дозорные говорят – люди какие-то скачут! — Что за люди? Обоз? — Не… вроде без телег. И все оружны. — Оружны, говоришь? И далеко скачут? — У Лютова… — Ну, и пущай себе скачут, – подумав, заключила разбойница. – От нас – пять верст, дорога там прямая, не помешают. А нападать на них не будем. Раз уж они оружны да, может, и пусты, эвон, как этот. Подождем обоза. |