Онлайн книга «Разбойный приказ»
|
— Сегодня вечером должен, – чуть сконфузившись, вспомнил о главном своем деле Иван. – Думаю засаду устроить, у тебя, отче, хотел людей попросить. — Засаду-то мы устроим, – Паисий хитро улыбнулся. – Туда же, на карбасы, и предателя позовем – чтоб брать, так уж всех скопом! — А как же мы предателя позовем? – резонно усомнился юноша. – Коли мы не знаем, кто он? Старец взглянул на него, словно на несмышленыша. — Я ж говорю, мы ему сейчас записку писать будем. Здесь, в келье моей, и оставим, коли он сюда доступ имеет. Пусть прочтет, от нас не убудет. Садись вон за стол и пиши, я продиктую. Как рана-то, сильно болит? — Да нет, только щиплет. Устроившись за столом, Иван взялся за перо. — Отцу Паисию Иван Леонтьев сын челом бьет, – продиктовал старец совершенно такие же слова, как совсем недавно швед. – Баркасный староста Евлампий Угрюм – предатель и соглядатай свейский… — Что-о?! — Пиши, пиши. – Отец Паисий положил юноше руку на плечо. – Не раз встречался с монахом тонным Анемподистом, который есть свейский человек именем Кровавый Свен. Ночью, после Тихвинской, надо хватать обоих и того, кто в обители им помогает, под пыткою выведать. Написал, что ли? — Написал, – кивнул Иван. Старец усмехнулся: — Ну, а теперь иди, договаривайся с баркасником. К вечеру я людишек пришлю. — Так Евлампий не… — Конечно, не соглядатай. А ты что, поверил? Иван опустил глаза. — Вот и предатель наш должен поверить. Должен! Постучав, вошел послушник. Поклонился. Взглянул искоса на Иванку. — Говори, говори, что там стряслось, – махнул рукой старец. – Кругом свои. — Отрок из реки вылез и к нам прямо так, голышом, прибежал. Тебя, отче, похощет видеть как возможно срочнее! — Отрок? Голышом? – удивился Паисий. – Ну что ж, зови… Э, да только пусть накинет на себя что-нибудь, прикроет срам. — Уже прикрыл, – послушник улыбнулся. – Мы ему рясу старую дали. Послушник вышел, и почти сразу же за дверью послышались шаги босых ног. Вот кто-то постучался. — Входи, входи! Оба – и Иван, и старец – с любопытством уставились на дверь. Та распахнулась… — Митька! – удивленно-радостно вскрикнул Иван. Глава 19 Коркодил Битье кнутом в наших глазах было варварским наказанием… Июнь 1603 г. Тихвинский посад Бабка Свекачиха смотрела на привязанную к столбу девчонку столь умильно, как, наверное, не смотрела бы и на собственную внучку, если б та у нее имелась. — Проверь-ка щипчики, Феденька, – с улыбкой попросила бабуля. – Поди, нагрелись? Федька Блин наклонился к углям раздутой кузнечными мехами жаровни и, вытащив щипцы, с поклоном протянул их хозяйке. — Сейчас зачну тебе груди рвать, Муленька, – ухмыльнувшись, негромко сказала Свекачиха. – Затем – ноздри, потом – глаза… Больно – спасу нет! Смуглое обнаженное тело девчонки покрылось испариной. Старуха, словно истая ведьма, клацнула щипцами прямо перед носом несчастной. — Ну, кто тебя к нам послал? — Ммм, – отчаянно замычала Мулька. — Что, говоришь – немая, сказать не можешь? – Свекачиха покачала головой. – А мы так сделаем – я сама за тебя отзовуся, а ты, как правду почуешь, так и кивни. С ужасом покосившись на щипцы и жаровню, Мулька часто-часто закивала. — Ага… – Отдав щипцы Федьке, бабка удовлетворенно потерла руки. – Боишься, знать, пытки-то? Это правильно, что боишься. Нешто можно боль этаку вытерпеть? Ну, начнем… – Свекачиха немного подумала и продолжила допрос, вперившись в девушку пристальным недоверчивым взглядом. – Сам архимандрит тебе заданье за мной приглядывать дал? |